|
Виктор КорбЗаписки иностранца - 2 |
Текущий индекс деловой активности ИДК #Omsk показал рекордное падение за четыре года наблюдений. Это очень тревожный симптом для экономики. Подробности - чуть позже. И еще надо будет сравнить с российским и зарубежными аналогами.
«Луркоморье» содержит множество материалов, содержащих матерные слова и выражения: «п…ц», «х..» «п…», «еб…», «зае…ь» «пи…», «ху…» и многие другие…
А ведь это совсем-совсем не смешно, когда реально больные, абсолютно безумные люди с #ПГМ разной картины и тяжести определяют жизнь в стране! Ну то есть, определяют не они, конечно, - они орудие в руках кремлевских мерзавцев. Но от этого не легче, потому что система агрессивного мракобесия уже пошла вразнос…
СРОЧНО! По сообщению Граней, диссидент Борис Стомахин задержан после обыска!
Свободу Борису Стомахину! Свободу Pussy Riot! Свободу Владимиру Квачкову. Свободу заложникам “Болотного дела”!
Свободу всем политзаключенным и узникам совести!
Ксюша, похоже, искренне уверена, что политические лозунги нужно менять как можно чаще — по законам телевизионного шоу. И искренне считает себя гражданским лидером, хотя в реальности является лишь символом метаний мягких коллаборационистов. Шоу продолжается?.
Страшно осознавать, что мало что изменится, даже если посадят Навального, Чхартишвили и Быкова 
Количество и качество посадок не способно дать новое качество массового гражданского сознания и гражданской решительности.
Ведь по сути вся Россия давно «сидит»…
Сработать может только обострение прямого противостояния бесчеловечной системы и растущего движения гражданской самоорганизации — как двух непримиримых сил, двух форм легитимности, двух центров «власти» как владения умами и жизненными мотивациями.
Нижний Новгород поддерживает огонь мирной гражданской революции! Первый #МаршРегионов — это начало решительного наступления на режим.
Чудес не произошло, все прогнозы подтвердились: #ВыборыКС легитимировали медийных персон, а реальный гражданский актив остался в одном месте: Билунов, Бакиров, Лоскутов - 76-84 места. Очень показательно…
Сформировали “Оргкомитет-2″, который ни при каких обстоятельствах не сможет выполнять роль ни протопарламента, ни Теневого правительства.
Мои интересы в КС после #ВыборыКС будут представлять Каспаров, Илларионов, Навальный, Быков, Пионтковский, Удальцов, Давидис, Каретникова.
Самое приятное и неожиданное - это третье место Каспаров, Гарри Кимович Ведь он совсем не медийная фигура, а реально самый авторитетный лидер оппозиции.
Абсолютно неправильно говорить о поражении на #ВыборыКС, потому что главная их задача - создать образец гражданских выборов. Этот образец создан. Надо двигаться дальше! Главное - действовать гораздо более осмысленно и решительно, не повторяя ошибок “демократического большевизма”!
Вчера принял участие в заседании научного совета ВЦИОМ по теме “путинское большинство”. Коллеги пригласили меня потестировать режим удаленного участия. Звук был ужасный. Голосового или видео-режима не было. Оставалась возможность постить тексты через чат. Но организаторы плохо продумали режим интерактива через такой узкий канал, поэтому подготовленные мной экспромтом тезисы модератор дискуссии назвала вопросами, зачитала их невнятной скороговоркой с неуместной иронией, да еще и часть формулировок откровенно исказила (заменив “северо-атлантическую цивилизацию” словом НАТО!). Я выразил возмущение подобным снобистским и неуважительным стилем и отключился от трансляции. Не знаю, на чем там коллеги договорились. Из того, что мне удалось услышать, любопытными показались выступления Павловского и Кертмана. А вот моя реплика:
Большинство можно называть “путинским” только номинально. По факту это просто “российское большинство”, поскольку оно основано на крайне инертных факторах общественно-государственной схемы: высочайшей централизации и сакрализации власти, которые позволяют делать вторичными все иные институты - легитимность, идеологичность и др.Путинизм - это попытки оттянуть адекватное решение модернизационных вызовов за счет инертности всех основных российских ресурсов и формирования неоколониальной схемы, ставящей Россию в прямую зависимость от северо-атлантической цивилизации. Соответственно, основными угрозами “стабильности” остаются возрастающая неадекватность ответов жестко централизованной системы на внешние и внутренние вызовы.
UPD: В результате обсуждения ситуации с Натальей Седовой выяснилось, что я поспешил с оценками. Приношу искренние извинения модератору дискуссии Юлии Баскаковой.
Использованы материалы рабочего совещания в Роскомнадзоре по вопросам применения 436-ФЗ, состоявшегося 29 августа 2012 года.
1. Классифицировать все издание всего еврея целиком единожды — аналог “прокатного удостоверения”.
2. Маркировать только главную страницу спину либо выходные сквозные элементы лоб.
3. Не обязывать сохранять видимость знака при прокрутке (скроллинге) страницы повороте лицом к начальнику.
4. Указывать относительные размеры знака по отношению к заголовкам или основному тексту росту еврея, а не к размерам экрана его весу.
Варианты (примеры):
5. Не привязывать размеры знака к экранам объему талии и груди.
6. Не требовать статичной привязки знака. Допускать максимально гибкое расположение знака, указывать расположение знака относительно страницы спины.
Варианты (примеры):
7. Не указывать конкретные цветовые решения. Указывать только требования по контрасту.
Варианты:
Скан последней страницы источника вдохновения
Источник - Зеромск, город Зеро.
Люди, вы, правда, считаете, что гопники непременно должны быть похожи на персонажей известного цикла Дмитрия Врубеля — обладателей жутких рож, встречающих людей в темных подворотнях?
Думаете, Путин, готовый мочить всех несогласных, перестал быть гопником, став президентом РФ?
По-вашему, полковник Галкин, истребитель зомби, перестал быть профессиональным гопником, выдавив из себя подобие извинений за угрозы разбить камеру о голову журналиста?
Вы верите в то, что лидер штурмовиков Вася Якеменко перестал быть гопником, отведав порцию устриц Белон и надев пиджак от Армани?
Что, и Ашманов уже не гопник, только потому что умеет говорить много умных слов и комментировать красивые графики?
Гундяев, надев шапку со складным крестиком, перестал быть вождем гопнического проекта по более чем полному превращению РПЦ в ПГМ?
Или, может, кто-то думает, что гопником перестал быть Чубайс, опошлив либеральную идею и заслужив звание главного менеджера окончательного разграбления России?
А Жириновский с Зюгановым, а Соловьев с Кургиняном, а Сурков с Минаевым… все эти и тысячи других отдаленно похожих на людей персонажей кафкианской России - они уже не гопники?
Гопничество, если кто еще не понял, — это, прежде всего, отказ от самих основ человечности в угоду низменным потребностям или иррациональным мифам. Отказ не на словах, разумеется, а в реальных поступках, которые могут прикрываться сколь угодно плотной завесой демагогии и фарисейства. Гопничество разрушает культуру, подменяя ее животными отношениями.
Гопничество — это почти полный синоним нашизма, являющегося, по сути, разновидностью фашизма. Причем, возможно, даже более страшной, прежде всего, более высоким уровнем мимикрии под человеческое. Гопник в дорогом костюме, в рясе, в спортивной или полицейской форме — гораздо опаснее «гопника классического», потому что связанные с ним реальные угрозы достоинству, свободе и жизни человека и общества менее очевидны, а потому неожиданны и катастрофичны…
Перечитайте великую сказку Замятина «Арапы». К ней очень трудно что-то добавить.
Фото © Денис Синяков/Reuters
Согласовал с организаторами возможность предварительной публикации тезисов моего возможного выступления на заседании Научного совета ВЦИОМ по теме “Истинные причины протестов”
Тезисы выступления на НС ВЦИОМ 17 мая 2012 года (ответы на вопросы Валерия Фёдорова)
Ситуация последнего времени – это признак «тектонических», необратимых сдвигов в системе или просто одна из критических точек, после преодоления которой возможно сохранение прежней траектории социально-политического развития?
Я сторонник коммуникационной модели, в рамках которой именно доминирующая схема формирования общих представлений является основой формирования человеческих сообществ. Соответственно, ключевые сущностные изменения общественных структур опосредуются именно сущностными изменениями коммуникационных схем: от преимущественно инертных централизованно-распределительных - к динамичным распределенно-обменным. Эта схема еще не захватила все общество (а такое и невозможно), но она стала доминирующей для наиболее активной его части. А это залог необратимости системных изменений. И дело вовсе не только в конкретных инструментах: сейчас уже не поможет ни закрытие твиттера, ни даже блокирование интернета, поскольку случилось главное - изменение в сознании и в стиле действия, появился общественный запрос на “прямую сетевую демократию”.
Что легло в основу серии массовых протестов последнего полугодия – сугубо политические причины (фальсификации, путинизм, административное давление и т.д.), информационное манипулирование, или истинные причины нужно искать в другой сфере?
Все перечисленные факторы важны, но вряд ли возможно определить какой-то один, ставший спусковым крючком. Думаю, основным мотивом стало именно неприятие фальсифицированности жизни во всех ее проявлениях. И связанные с этим остро и конкретно ощущаемые личные ограничения, включая отсутствие социальных и политических лифтов (в том числе в “оппозиции”), рост социального расслоения, невозможность эффективно влиять на власть и т.п. Весьма эффективными оказались и отработанные ранее схемы быстрого создания и продвижения политических брэндов по “методу Навального”, основанные на сочетании традиционных вождистско-харизматических методик с инновационными методами стимулирования гражданской самоорганизации, преимущественно через соцсети.
Это стихийное, подлинно народное и массовое движение – или управляемое и направляемое действо, участники которого были манипулируемой «массовкой»?
То, что оно не управляется, по крайней мере, прямыми действиями организаторов и вождей, четко видно по спонтанности и неустойчивости движения. Как в “декабрьско-мартовском” цикле, так и сейчас. Движение все-таки в значительной мере носит характер самоорганизующегося. В этом есть и плюсы и минусы, с позиции заинтересованности в успехе этого формата общественно-государственной реформы.
Основная ценность - неизмеримо возросший створ возможностей, наличие сложнейшей структуры противоречивых интересов как источника развития, защищенность от волюнтаризма (большевизма) и неизбежного восстановления роковой для России схемы, основанной на централизованно-сакральном представлении о власти и легитимности, вообще.
Основные угрозы - недостаточность собственных опор, “системообразующих якорей” в виде небольшого, но целостного и устойчивого набора ценностей, принципов и целей. Причем, наиболее опасно затягивание паузы именно в вызревании общих организационно-коммуникационных принципов и связанных с ними технологических площадок и методов. Неразвитость организационной культуры влечет высочайшую зависимость от внешних факторов, спонтанность, ситуативность, реактивность процесса.
В этом контексте ключевым фактором становится фактор наличия и типа “общих мест”. Очень ярко эта тема проявилась и продолжает звучать в актуальной истории попыток организовать #ГражданскаяВахта на #ПлощадьСвободы. Показательно, что власть коллективно бессознательно ощущает высочайший уровень угрозы существования подобных зон формирования альтернативной гражданской легитимности, поэтому практика уничтожения городских площадей или их деформации была характерной тенденцией для многих крупных городов. Этот же фактор лежит в основе движения “Стратегия-31″ - наиболее значимого и эффективного образца мирного гражданского протеста против системы произвола.
Основные ценности и факторы привлекательности формата “очных общих мест” (площадей свободы):
Кто все-таки вышел на улицы – «городской средний класс», «креативный класс», «журналисты плюс копирайтеры плюс зеваки»?
Если выбирать из этого жесткого набора, то да, можно говорить о феномене “городского среднего класса”. Но важно понимать, что этот слой не выделяется привычными социально-демокрафическими маркерами. Само его неожиданное для большинства социологов и политологов появление - это демонстрация абсолютной нерелевантности привычных методологических моделей. Я еще двадцать лет назад отмечал и сейчас настаиваю на высочайшем приоритете именно ментально-деятельностных маркеров, которые и более устойчивы, и более адекватно идентифицируют структурные и динамические факторы общественных феноменов. Это и устойчивые коммуникационные предпочтения (СМИ, социальные сети, сайты и т.п.), и факторы стиля жизни (производственно-рекреационный, творческий, клубный и т.п.), и, особенно, социально-психологические параметры - в первую очередь, характер мотивации, степень самостоятельности принятия решений.. С этой точки зрения, очевидно наличие нового типа социального расслоения: по “темпу жизни”, по коммуникационной схеме деятельности и т.п. Можно и нужно говорить об этих новых слоях и нужно срочно запускать новые исследовательские программы, построенные на принципиально новых моделях.
Вступление Путина в должность президента – закрывает ли страницу массовых протестов, или они могут повториться? Что способно стать триггером, запускающим череду неуправляемых событий, массовых выступлений, демонстративного неприятия власти?
Гражданские протесты не просто “могут повториться” - практически очевидно, что этот процесс уже вряд ли прекратится или даже “сольется” в более конформистские форматы. Можно ожидать некоторого оттока “протестного вещества” в условно-реформаторские партии (Явлинский, Касьянов, Прохоров, Милов, Рыжков), но вряд ли это существенно ослабит движение “городских несогласных”. Напротив, можно ожидать развития как уже доказавших свою эффективность конструкций гражданской самоорганизации с разной степенью лидерского участия, так и появления инновационных схем, повышающих разнообразие, устойчивость и эффективность гражданского движения к свободе.
Надо быть последовательными: не признавать Путина президентом, не признавать думу, не платить налоги, формировать гражданскую легитимность.
Людям давно и хорошо задумывающимся все было понятно уже очень давно. Люди, ставшие задумываться только недавно, получат очень хороший опыт разочарования. Главный итог “выборов без выбора” 4 марта известен заранее. У нас уже очень давно нет никакой единой России - есть, как минимум, две России или Россия разделенная. Причем, этот раздел является настолько глубоким и инерционным, что устранить его вряд ли можно простыми и быстрыми решениями. Независимо от того, кто занимает Кремль.
У нас есть Россия подневольная. Россия, полностью зависящая от начальственной или бандитской воли. Причем, зависящая не только финансово и административно, но главное, - мощнейшим ментальным комплексом, в результате которого люди просто не могут представить себе иную ситуацию, поскольку они живут в этом мифе. В эту Россию входят все “гнилые электоральные местечки” Центра: и Кавказ, и дотационные регионы, и сельское население, до сих пор не узнавшее об отмене в России крепостного права. Эта Россия, конечно, выберет Путина.
И есть другая Россия - Россия самостоятельная, свободолюбивая, ответственная. В этой России есть главное качество, необходимое для выживания и развития в современном мире: люди, осознающие себя гражданами, понимающие высшую ценность справедливости, основанной на уважении прав и свобод, понимающие высшую ценность человеческой жизни и свободы самовыражения, понимающие ценность культурного и политического разнобразия. Причем, это люди, не просто понимающие, но и готовые решительно отстаивать это свое понимание от любой агрессии со стороны тоталитарных сил. Граждане этой России не отдадут Путину ни одного голоса.
Каков будет формальный результат электорального шоу 4 марта, совершенно неважно. Главное - выборы без выбора, при всей их имитационности, помогут сделать более ясной эту трагическую картину одновременного существования двух Россий на одной территории и в одной формальной оболочке. И, тем самым, хоть немного приблизить момент разрешения этого исторического противоречия.
Критикующие Лимонова за излишнюю революционность или “болотных вождей” - за невынужденный коллаборационизм не понимают важной вещи. Успех гражданского движения в значительной мере определяется именно размахом политического спектра, дистанцией между крайними позициями. Чем больше амплитуда “раскачивания лодки”, застрявшей на политической мели, тем больше шансов на успех.
Важно, однако, понимать и другое: вторым важнейшим компонентом успеха мирной гражданской революции является наличие силы, способной владеть ситуацией и исполнять роль медиатора общегражданского движения. Причем, эту роль вовсе не обязательно должны исполнять номинальные “центристы” по идеологическим или политическим критериям. Главное - это именно способность адекватно оценивать быстро меняющуюся обстановку и действовать либо на опережение событий, либо предлагая своевременные решения, разрешающие противоречия наиболее конструктивно и в соответствии с массовыми ожиданиями гражданского актива.
Из существующих институтов гражданской самоорганизации оптимальным претендентом на эту роль является недавно созданный Гражданский Совет. Разумеется, при условии его более решительного самоопределения в русле основного тренда освободительного движения.
Из номинальных лидеров гражданского движения ближе всего к этой роли - Алексей Навальный, Гарри Каспаров и Илья Пономарев.
Разумеется, быстроменяющаяся обстановка в любой момент может резко изменить и персональную, и институциональную конфигурацию локомотива революции.
17-20 февраля в рамках проекта “Гражданин Социолог” был проведен Всероссийский опрос населения об участии в предстоящих 4 марта “президентских выборах”. Главный предварительный итог: за Путина на ближайших выборах готовы отдать голоса от 32% до 46% горожан, твердо намеренных принять участие в голосовании - в зависимости от смещенности выборки (чем “столичнее” город, тем ниже процент поддержки Путина).
При анализе и интепретации данных социологических опросов следует иметь в виду, что ни у одного исследовательского центра в России не существует надежной модели, позволяющей строить сколько-нибудь достоверные прогнозы. Это объясняется и сильным и расслоением общества, и высоким влиянием прямого административного давления на избирателей, и другими плохо изученными факторами. Кроме того, современное российское общество вновь находится в стадии высокой мобильности и, одновременно, высокой рефлексии - то есть сильного влияния на поведение людей мощных информационных потоков через СМИ, социальные сети и другие каналы. В таких условиях практически невозможно уверенно предсказать результат “выборов” на основе опросов общественного мнения. И все же эти данные позволяют получить хорошее представление о состоянии умов российского избирателя за две недели до дня голосования. А при желании - попрактиковаться в составлении собственных моделей и прогнозов: например, путем несложных поправок, учитывающих долю городского и сельского населения России, сопоставляющих результаты опроса и недавних избирательных кампаний и т.п.
Расшифровка обозначений столбцов таблиц: “Голос” - доля принимавших или намеренных принять участие в голосовании”; “заб” и “забр” - заберу, забрал или испортил бюллетень; “не буду”, “не голос” - не голосовал или не буду голосовать; “не решил” и “не пом” - еще не решил, буду ли голосовать или не помню, как поступил на предыдущих выборах.
Табл. 1. Распределение ответов в целом по выборке
В первой таблице представлено распределение ответов на вопросы “Если бы выборы президента были сегодня, за кого бы Вы проголосовали?” и “Вы голосовали на думских выборах 4 декабря 2011 года? Если да, то за кого?” в целом по выборке. Для сравнения приведены данные по трем подвыборкам, в том числе: верифицируемой по полу и возрасту подвыборке (РФ_первич), совокупной выборке (РФ_сумма) и подвыборке, взвешенной по численности населенных пунктов (РФ_взвеш). В последней - существенно большую долю составили столицы Москва и Санкт-Петербург, в первой - наоборот, выше доля малых населенных пунктов. Легко видеть, что параметр урбанизированности выборки сильно коррелирует с рейтингом Путина (с обратным знаком), а именно: чем более крупный и “столичный” город, тем ниже уровень электоральной поддержки “основного кандидата”. В целом по опросу этот показатель варьирует в диапазоне от 23% до 32% (для сравнения: в Москве и Санкт-Петербурге - 18%-19%, в Саратове и Самаре - 43%).
Из этой таблицы также легко видеть, что на президентских выборах 4 марта стоит ожидать заметно более высокой электоральной активности: твердо заявляют о намерении принять активное участие в голосовании от 66% до 71% опрошенных, а о той или иной форме бойкота - лишь 14%-19%
Табл. 2. Распределение ответов среди респондентов, голосовавших или намеренных голосовать
Во второй таблице представлены распределения по аналогичным выборкам и срезам, но только среди тех респондентов, которые заявили о твердом намерении принять активное участие в голосовании путем выбора того или иного кандидата из присутствующих в бюллетене. Легко видеть, что здесь сохраняется та же тенденция (корреляции), что и в целом: чем более урбанизированное население, тем меньше электоральный рейтинг Путина. Во взвешенной подвыборке доля Путина опускается до 32%, в санкт-петербургской - до 27%, а в московской - до 23% (в Саратове и Вологде - наоборот, повышается до 54%, а в Советске - до 58%!) Примечательно, что столь же ярко выраженная, но с обратным знаком, тенденция характерна для Прохорова, а вот у остальных кандидатов различия в разных территориальных подвыборках не столь существенны.
Зато весьма существенны расхождения в оценках кандидатов мужской и женской аудиторией. У Путина и Миронова - ярко выраженные симпатии женской аудитории (51% против 41% и 8% против 3%, соответственно). А у Зюганова (16% и 26%) и Жириновского (8% и 15%) - наоборот, существенное доминирование мужского электората. У Прохорова гендерные различия не столь существенны. Указанные особенности, кстати, хорошо коррелируют и с ответами на вопросы о голосовании на выборах в думу: доминирование женской аудитории характерно для ПЖиВ (45% женских против 26% мужских), а у КПРФ (20% против 34%) и ЛДПР (10% против 15%) - обратная картина.
19 февраля Александр Волошин обнародовал уточненный прогноз на 4 марта: “Путин – 59–61%, Зюганов – 16–18%, Жириновский – 8–10%, Прохоров – 6–8%, Миронов – 4–5% голосов избирателей”. Легко видеть, что существенные отличия с результатами “Гражданина Социолога” есть лишь по Путину и Прохорову. Это расхождение вполне убедительно объясняется неустойчивым “медийным” характером рейтинга кандидата-новичка и, напротив, мощной медийной и административной поддержкой “основного кандидата”. Все официальные аналитические центры - ВЦИОМ, ФОМ, Левада-центр - дают Путину от 59% до 61% голосов, что больше похоже на попытки “рейтингового оправдания” результатов выборов, чем на научно обоснованные прогнозы. На этом фоне резко выделяется прогноз ФАПСИ, отдающего Путину лишь 49% голосов в первом туре (точности ради нужно отметить, что этой аббревиатурой обозначают некие “данные, полученные из закрытых источников ФСО или ФСБ” с неизвестными параметрами и методикой, поэтому к ним следует относиться крайне осторожно).
Реальные результаты голосования будут сильно зависеть и от фактического уровня участия в выборах, причем, сейчас сложно сказать, в чью пользу окажется высокий процент голосования, поскольку высокий уровень мотивации демонстрируют как сторонники, так и противники “основного кандидата”. Понятно, что процент Путина может существенно увеличиться за счет “гнилых местечек” - сельских районов, закрытых участков, регионов Северного Кавказа и других территорий, на которых сохраняется высокая зависимость населения от ПЖиВ. И, наоборот, высокая активность противников существующего режима - в роли избирателей, наблюдателей и участников других форм гражданской активности - может оказать заметное воздействие на результат “выборов без выбора” 4 марта 2012 года.
Виктор Корб,
директор Агентства Региональных Исследований (АРИ),
координатор и научный консультант проекта “Гражданин Социолог”.
Примечание. В опросе, организованном группой межрегионального взаимодействия гражданских активистов при содействии профессиональных социологов Агентства Региональных Исследований (АРИ) 17-20 февраля, приняли участие волонтеры из более двадцати городов и населенных пунктов России с общей численностью почти в 30 миллионов человек. В том числе: Санкт-Петербурга, Омска, Калининградской, Самарской и Тульской областей, Вологды, Сыктывкара, Новосибирска, Волгограда, Стерлитамака, Уфы, Нижнего Новгорода, Саратова, Рязани, Белгорода, Екатеринбурга, Липецка, Орла, Москвы и Московской области. Опрос проводился методом уличного интервью по простой случайной выборке. Массив опроса - 2600 респондентов (верифицируемая доля - 1310). Все методические материалы и первичные данные по опросу находятся в открытом доступе в гугл-группе “Гражданин Социолог”.
Обсуждение в ЖЖ (в т.ч. с участием Игоря Задорина и Леонида Блехера).
В связи с активизацией любимого жанра русской революции «что делать?» и разного рода инсинуациями насчет «невозможности легитимным образом реализовать требования 10 декабря» имею сообщить следующее:
Все остальное — менее существенные детали.
Тезисы воспоминаний очевидца о событиях 19-22 августа 1991 года в Омске и России.
Рано утром 19 августа 1991 года я с коллегами-программистами работал в компьютерном зале НИЛГТ ОКБ “Карат” на ул. 22 Апреля в Омске. Там оказалось включенным проводное радио. Вместо привычного выпуска новостей, в 9:00 мы услышали в исполнении диктора заявление о болезни Михаила Горбачева, о введении в стране режима чрезвычайного положения и о переходе всей полноты власти к Государственному Комитету по чрезвычайному положению (ГКЧП) во главе с вице-президентом Геннадием Янаевым. Не дослушав текст до конца, в полной тишине я произнес слово “путч” и бросился к телефону на подоконнике. Первым я набрал номер Аркадия Мурашова, одного из сопредседателей движения “Демократическая Россия”, но у него включился автоответчик, на который я бросил лишь несколько несвязных слов вроде “у вас там путч, а вы дрыхнете без задних ног!” У Сергея Станкевича (народного депутата СССР и РСФСР, одного из лидеров Московского Народного Фронта, ближайшего соратника Бориса Ельцина) телефон тоже не отвечал. Дозвониться удалось лишь Виктору Пименовичу Миронову, председателю Московского объединения избирателей. Ему я уже объяснил ситуацию подробнее и на этом свою миссию по пробуждению московских товарищей посчитал исполненной. Вскользь отметил, что похоже, еще не всех демократических лидеров арестовали… Следом созвонился с Кунгурцевым и Богдановским, договорившись о встрече в редакции в ближайшее время. Тут же отпросился с работы у любимого шефа Алексея Павловича Баранника и помчался на Декабристов, 32.
Ключевое решение по организации сопротивления путчу в Омской области было принято в 11 часов утра 19 августа 1991 года на совещании в редакции газеты “Демократический Омск” в составе ее главного редактора Виктора Корба, его заместителя Владимира Кунгурцева и Сергея Богдановского. Создатель и бывший редактор “ДО” Сергей Олегович Богдановский тогда уже был штатным сотрудником газеты “Ореол”, при этом он оставался неформальным лидером демократического движения. Именно он автор названия “Комитет по защите законно избранных органов власти”, точно отражавшего политический и правовой статус омского демократического сопротивления. На этом совещании мы вчерне определили персональный состав Комитета, договорились пригласить народного депутата СССР, одного из лидеров Межрегиональной депутатской группы (МДГ) Александра Минжуренко на пост его председателя. Местом нахождения Комитета мы решили сделать кабинет фракции “Демократическая Россия” в здании Горсовета, поскольку у меня как сопредседателя фракции были полномочия по ее использованию для депутатских нужд. Были и запасные варианты, но горсовет казался нам оптимальным - и с точки зрения коммуникаций, и с политической точки зрения. Надо отдать должное тогдашнему председателю горсовета и первому секретарю горкома КПСС Владимиру Варнавскому – он нам не помогал, но и не стал препятствовать работе Комитета, сразу заверив нас, что считает Бориса Ельцина законным президентом России. Нам повезло также, что вечером этого дня в Доме Белова должно было состояться плановое заседание Омского Клуба. Таким образом, даже без дополнительных звонков нам удалось быстро наладить связь с лидерами гражданского актива и вечером того же дня провести расширенное заседание в холле горсовета. Телефоны горсовета использовались для постоянной связи с нашими московскими соратниками. Основным каналом оперативного получения официальных документов из осажденного Белого дома в Москве стали факсы редакций “Ореола” и “Нового обозрения”. Здание на Гагарина, 34 на три дня стало центром гражданского сопротивления путчу в Омской области.
Несколько наших соратников по демократическому движению оказались в те горячие августовские дни в Москве, приняв активное участие в защите Белого дома. Именно они - гражданские активисты Наталья Агафонова и Клавдия Екимова, депутат областного совета Виктор Захарченко, - а также Александр Минжуренко стали одними из первых кавалеров медали “Защитнику свободной России”. Среди омских участников сопротивления могу отметить уже упоминавшихся моих товарищей Сергея Богдановского и Владимира Кунгурцева, а также Виктора Бессонова, внесших значительный вклад в прорыв информационной блокады. Анатолий Бабенко предложил создать и возглавил забастовочный комитет Омской области (для его работы мы предоставили офис редакции “Демократического Омска”; за три дня путча я так и не смог выбраться туда и очень переживал, что в случае нашего поражения в руки “врага” могут попасть и пропасть все наши редакционные материалы и архивы). Важную работу по взаимодействию с правоохранительными органами и воинскими частями, дислоцированными в Омске, вели Виталий Божко, Анатолий Горобцов и другие депутаты фракции “Демократическая Россия” в облсовете. Командир экипажа омского авиаотряда Владимир Козлов был готов при необходимости оказать содействие в срочной эвакуации правительства Ельцина из осажденной Москвы на Урал или в Сибирь или в отправке отрядов добровольцев в Москву. Но самую большую работу делали наши многочисленные товарищи по движению “Демократическая Россия”: распространяя подготовленные Комитетом тиражи листовок, помогая в организации митингов в разных районах Омска, демонстрируя решимость до последнего отстаивать демократические ценности.
Три дня августа 1991 года, кратко именуемые словом “путч”, были насыщены событиями, многие из которых вполне можно называть историческими. Время уплотнилось до предела, многие действия, решения, поступки и слова участников никак не зафиксировались – ни на бумаге, ни в памяти. Осталось общее ощущение сверхнапряженности и важности ситуации. В этой обстановке некогда было думать о себе. Не было чувства страха. Точнее, почти не было. При том, что все эти трое суток ситуация балансировала на тонком краю и могла повернуться в любую сторону. Все действия мы совершали быстро и решительно, особо не заботясь о последствиях, в том числе о личной безопасности. Была полная ясность: или мы защитим свою свободу, или потерпим сокрушительное поражение с самыми серьезными последствиями, вплоть до массовых арестов или даже хуже. Впрочем, еще раз: я о таких вещах тогда не думал, и единственный раз за три дня, когда я услышал подобные рассуждения, была ночь 20 августа, когда мы с Леонидом Рыженко, зампредом горсовета, прощались у дверей Омского горсовета. Расставаясь до завтра, но без уверенности в том, что встретимся на свободе.
Самый яркий, драматичный сюжет в моих воспоминаниях об августе 1991 – это столкновение Минжуренко и Кулинича. Картинка, на которой два разгоряченных мужика стоят с разных сторон теннисного стола в фойе здания радиокомитета, не теряет красочности и спустя двадцать лет. Они тогда чуть было не сцепились в рукопашной. И нам – мне, Борису Тюлькову, Сергею Суменкову, Леониду Рыженко – с трудом удалось успокоить главных фигурантов этого действа, предложив продолжить “переговоры” в более спокойной обстановке в кабинете председателя комитета по телерадиовещанию, на втором этаже этого здания. Впрочем, миссия, с которой ранним утром 21 августа группа народных депутатов прибыла к председателю телерадиокомитета Александру Кулиничу, не увенчалась успехом: он наотрез отказался исполнять требование о немедленном обнародовании в эфире омского радио текстов указов президента России. За этот поступок Александр Викторович затем стал одной из главных жертв мягкой “охоты на ведьм”, лишился поста, на который был назначен журналист, народный депутат РСФСР Сергей Носовец. Впрочем, почти все участники этой истории впоследствии неплохо устроились и встроились в разные места “вертикали власти”. В том числе и заместитель Кулинича Юрий Коробченко, который, выпроваживая нас, заявил мне, что-то вроде “вы не понимаете: настоящие преступники – те, кто вместе с Горбачевым и Ельциным разваливают СССР”.
Постыдную роль в период путча сыграло тогдашнее “областное руководство”. На экстренном расширенном заседании обкома КПСС при обсуждении вопроса об отношении к ситуации в стране в связи заявлением ГКЧП выступили все руководители областных и городских структур власти и управления. Большинство из них постарались занять как можно более невнятную позицию по формуле “ни нашим, ни вашим, а урожай собирать”. Одним из лидеров этой группы “консерваторов” был тогдашний председатель облисполкома Леонид Полежаев. Впрочем, явные симптомы медвежьей болезни 19-21 августа 91 года не помешали ему быстро сориентироваться после провала путча и, воспользовавшись неуверенностью или прямым предательством “демократических лидеров”, утвердиться на месте хозяина области на долгие двадцать лет. Это все, как говорится, другая история, но корни ее лежат в августе-сентябре 1991 года.
Утром 22 августа ситуация была все еще неопределенная. Ходили разные слухи. На этот день мы организовали целую серию митингов в поддержку демократии и законной власти России в разных районах города. Чтобы успеть поучаствовать во всех митингах – у Цирка, в центре, около ДК “Нефтяник”, - воспользовались микроавтобусом, который по моей просьбе предоставил Юрий Шойхет (тогда один из лидеров бизнес-сообщества, а чуть позже - первый мэр Омска). К полудню, к моменту начала очередного митинга стало известно об аресте членов ГКЧП и “победе августовской революции”. Я так устал за эти трое суток, что не только отказался от выступления на митингах, но даже не вылезал из машины. На заседании нашего Комитета было принято его не распускать “вплоть до окончательной победы над путчистами и их пособниками”. Депутат горсовета Сергей Хрусталев нашел где-то трехцветное полотнище старого российского флага, который демократы считали “своим”, и заручившись поддержкой Комитета, вывесил его из окна здания Горсовета. Чуть позже говорили, что этот акт повторил и председатель Советского райсовета Виктор Масоров…
События, последовавшие непосредственно за неудавшимся путчем, оказались, пожалуй, еще более драматичными. Впрочем, для меня и небольшой группы моих самых близких соратников этот большевистский шабаш, осуществлявшийся под прикрытием “демократических” лозунгов не был неожиданным – мы еще с конца 1990 года занимали достаточно критичную позицию в отношении группировки, превратившей широкое гражданское движение в вождистскую “партию Ельцина”. Но ни остановить, ни даже затормозить процесс “реформ”, в ходе которого произошло лишь незначительное обновление номенклатурно-олигархического слоя с сохранением и даже усилением авторитарных тенденций, мы уже не могли. Я ничуть не стыжусь своего активного участия в борьбе против ГКЧП в горячие дни августа 91-го – это был для меня совершенно естественный нравственный и гражданский выбор – защита права и свободы от произвола и диктатуры. Но от номинирования на государственную медаль “Защитнику Свободной России” я все же отказался. Потому что не мог принимать ее от людей, предавших российскую демократию.
Виктор Корб, Омск, 10 августа 2011 года.
Аудиозапись интервью Виктора Корба корреспонденту “Радио Свобода” Вячеславу Сурикову 19.08.2011 года в Омске:
Навальный - молодчина. Он честный, смелый, решительный, бескомпромиссный… Но все это, к огромному сожалению, в рамках локальной игры “Сто первое последнее разоблачение заведомо преступного режима”. В своем свежем посте с анализом простейшей конспирологической схемы слива персональных данных спонсоров проекта “Роспил” он пишет все правильно. И слова долго не подбирает, а использует самые точные: называет бандитов бандитами, воров - ворами, а покровителей бандитов - покровителями бандитов.
Но сказав “А”, Алексей упорно отказывается говорить “Б”. Все самые острые разоблачения кремлевских бандитов все равно заканчиваются… официальными запросами к кремлевским бандитам. Вместо выстраивания собственной игры, продолжаются попытки выиграть у политических напёрсточников.
Пока Навальный не созреет до окончательного признания заведомой нелегитимности всей администрации российского режима и не станет лидером широкого движения гражданского сопротивления, вся его разоблачительная деятельность будет лишь способствовать укреплению этого режима. Просто потому, что раз за разом будет лишь укреплять вредный миф о бессмысленности любой гражданской активности в легальных формах, не предъявляя достаточно мощного образца альтернативной гражданской легитимности.
Одна из моих реплик в дискуссии:
— Ну во-первых, не моя идея “вроде быковской”, а наоборот 
Потому что я опубликовал первые наброски своей стратегии альтернативной гражданской легитимности еще в 2005 году и с тех пор развивал и продвигал ее непрерывно и разными способами. Продолжаю это делать. И рад тому, что очень медленно, но эта идея овладевает вождями и активистскими массами.
Задача состоит не в уходе во внутреннюю эмиграцию, а наоборот, в системном формировании нового “общественно-государственного пространства” - сначала в головах, постепенно в натуре, от локальных эффективных образцов - к масштабу страны.
Навальному не надо строить партию - это еще один вариант опошления реальной политики в современных российских условиях. Но вот стать одним из мощных и эффективных лидеров широкого общегражданского движения мирного сопротивления режиму он мог бы. Но он пока на это не решается. Само по себе в политике ничего не делается. По крайней мере, ничего хорошего и устойчивого. Просто “раскачивать лодку” - это не стратегия. Тем более, когда это раскачивание имеет по факту виртуальный характер, не завершаясь ничем, несмотря на самые громкие разоблачения.
Почему-то я не удивлен, что и “Новая Газета” включилась в профанацию демократических институтов. И мне трудно иначе интерпретировать ее акцию по формированию “сетевого парламента”.
О необходимости целенаправленно восстанавливать в России легитимность именно путем формирования всего набора альтернативных гражданских институтов я говорю уже очень давно. И не только говорю, но и прорабатываю правовые основы, создаю локальные работающие образцы и убеждаю соратников сделать именно это направление основной стратегии объединенной гражданской оппозиции. Потому что запустить процесс мирного отстранения от власти антинародной клики узурпаторов можно, лишь сформировав ситуацию реального двоевластия.
Да, в ситуации, когда “парламент не место для дискуссий”, да и все остальные государственные институты являются лишь бутафорией, прикрывающей тотальный произвол, очень важно создавать эффективные площадки гражданской самоорганизации, реального представительства интересов, постановки и решения актуальных общественных проблем. Нужны не только альтернативные представительные структуры, но и исполнительные, и третейские и т.п. В этом русле лежала идея созыва Национальной Ассамблеи, но в силу ряда причины оказалась заболтанной и забытой. Пару лет назад с идеей организации мощной системы “прямой сетевой демократии” выступил известный социолог Игорь Эйдман. Попытки создать ее прототипы осуществлялись на сайте “Новая Россия”, а сейчас - на сайте проекта “Путин должен уйти“.
Всем этим попыткам недостает системности и решительности. Недостает прочной основы в виде надежной коалиции ведущих сил реальной гражданской и политической оппозиции режиму. Без такой основы все попытки остаются локальными. А когда заведомо локальным попыткам их организаторы пытаются придать статус “единственных” и “главных”, это заведомо становится профанацией и подменой понятий.
Понятно, что “парламент”, избранный голосованием на сайте “Новой газеты” будет отражать лишь очень узкий идеологический спектр ее читательской аудитории. Значит, более корректно этот орган будет назвать “газетным парламентом”, который не может претендовать даже на сколько-нибудь надежное представительство т.н. “либерального” слоя (для этого проект должен быть поддержан хотя бы сайтами Каспаров, Грани, ЕЖ).
Впрочем, можно надеяться, что как любит говорить один мой хороший знакомый, хуже не будет. Но я бы добавил, что хуже не будет, только если все будут адекватно воспринимать инициативу “Новой газеты” именно как желание построить локальный образец “сетевой демократии”. И, если успех или неуспех этого образца станет стимулом для осмысленных и решительных действий по проведению полноценных “альтернативных гражданских выборов” - основанных на консенсусе всех ведущих крыльев, частей и подразделений единого общегражданского фронта мирного сопротивления.
Думаю, не одному мне сразу пришла в голову мысль об удивительном сходстве почерка сегодняшнего массового ложного минирования российских вузов с “рязанскими учениями”? Дело не в том, что в одном случае был, а в других не было белого порошка или заложенных муляжей. Дело в масштабности и пресловутом “кому выгодно”.
А общество российское продолжает пребывать в состоянии летаргического сна. Или, точнее, в сознании, но в такой сильной прострации, которая не позволяет совершить ни одного решительного шага по отстаиванию своих прав. Включая главное право - на свободную жизнь.
UPD: Отправил этот пост и увидел новость о взрыве в Москве. Это уже совсем-совсем не шутки. Избирательная кампания вступает в горячую фазу?
Виктор Корб - гуманитарный технолог
