Виктор Корб

Рассказал Татьяне об истории с обидками нового омского начальника министерства правды. Спрашиваю ее экспертное мнение: “Как думаешь, дождусь я административного дела за оскорбление чиновника?” Она говорит: “Нет, конечно, ведь дурак - это оценка, а не оскорбление. Можно найти кучу ссылок на словари, в которых это объясняется. И, потом, ведь чиновник на самом деле может быть дураком”. Я возражаю: “Ты неправа. Во-первых, дурак - это, конечно, очень неприятно и может восприниматься как оскорбительная формулировка. Тем более, учитывая природную чувствительность наших жуликов и воров чиновников. И, потом, не забывай, что для многих все, что говорит Корб, оскорбительно, по определению!”

Новый начальник министерства правды Омской области Ткачук оказался еще глупее и пошлее, чем казалось: пожаловался в прокуратуру #Omsk на комментарий на сайте “Бизнес-курса”. Только что узнал об этом от главного редактора БК Натальи Ворохоб.

Первая моя реакция была краткой и точной: “Дурак!” А первая реакция, как хорошо известно, - самая точная. В более развернутом комментарии я напомнил, что обращаться в прокуратуру по таким поводам - просто безграмотно. Но наши чиновники до сих пор живут воспоминаниями, когда они чуть ли не по звонку заводили уголовные дела по обвинению в клевете. Теперь обиженные жулики и воры должны подавать гражданские иски в суд и доказывать, что им причинен реальный “моральный вред”. Причем, помнить, что согласно многочисленным вердиктам Европейского Суда по правам человека, у должностных лиц отсутствует само понятие репутации, а их права на защиту от диффамаций существенно ограничены интересами общественной дискуссии и свободой выражения мнений.

Конечно, при желании они все еще могут весьма сильно попортить нервы любому гражданину, блогеру, журналисту и СМИ, пытаясь руками правоохранительных органов инициировать административное производство о “клевете”. Но очень хочется надеяться, что с окончанием полежаевской эпохи возможности давления чиновников на силовые структуры резко уменьшатся. Впрочем, результат будет в значительной мере определяться общественными настроениями и готовностью отстаивать право на достойную жизнь, жестко удерживая ретивых чиновников в рамках, отведенных им Законом и цивилизованными нормами общественных отношений.

Tragala perra! Ткачук сам напросился и должен получить достойный отпор гражданского общества и профессиональных сообществ.

Об абсурдности масштабных операций по контролю “выборов без выбора” в России, осуществляемых в рамках заведомо недемократичного законодательства, зависимости СМИ и избирательных комиссий, отсутствия политической конкуренции сказано уже много. Контроль выборов в условиях фактически оккупационного режима в сотрудничестве с его администрацией - это абсурд кафкианского или оруэлловского уровня.

Но если серьезно обсуждать тему гражданского наблюдения за “чистотой выборов”, то следует признать некорректность этого занятия еще и с базовой, методологической точки зрения. Любой исследователь, да и просто человек, способный критически воспринимать действительность, знает, что в процессе наблюдения одним из важнейших факторов успеха является его независимость, в первую очередь, от самого объекта наблюдения. Это важно, если есть желание получить представление о реальном, а не “картинном” поведении объекта, способного тем или иным способом подстраиваться под наблюдателя.

Если ставится задача выявить нарушения, бессмысленно договариваться с потенциальными нарушителями об общих правилах наблюдения - наоборот, чем незаметнее наблюдение, тем более оно эффективно. Одна скрытая камера - в тысячу раз эффективнее тысяч вебкамер, которые работают под полным контролем политических наперсточников. Метод “таинственного наблюдателя”, тестирующего электоральные процедуры независимо и незаметно от избирательных комиссий (аналог “таинственного покупателя” в маркетинговых исследованиях) - в тысячу раз эффективнее всех технологий открытого наблюдения, на которые тратятся гигантские ресурсы.

Причина столь упорного сохранения абсурдного подхода в практике гражданского контроля электоральных процедур - проста, и полностью укладывается в общий бутафорский характер общественно-государственного устройства современной России. Большинство субъектов политического пространства пока не готовы к самоорганизующейся деятельности - в русле собственных стратегических установок, собственных представлений, собственной повестки - и действуют либо реактивно, вслед основным трендам, задаваемым властью или внешними факторами, либо в режиме слепого копирования (”тупого копипаста”)  политических технологий из прошлого или из других политических культур. Реальный успех в политике возможен лишь на пути создания собственных образцов актуального политического действия, в процессе приобретения собственного опыта решения задач, возникающих в процессе реальной гражданской самоорганизации. Только так можно постепенно сформировать и надежно институировать гражданскую легитимность, способную безвозвратно вытеснить нынешнюю легитимность “имитационной демократии”.

С этой точки зрения проект “Гражданин наблюдатель” сильно уступает проектам “Гражданин мэр” (попытка определить единого общегражданского кандидата на выборах мэра Омска) и “Гражданские выборы” (формирование Координационного Совета общероссийского гражданского движения). Первый - оперирует значительными ресурсами и вовлекает огромное количество граждан, но сохраняет их в позиции пассивных наблюдателей или несамостоятельных исполнителей простых ролей в чужих политических играх. Вторые - создают, пусть пока и не столь масштабные, но действующие образцы реальной гражданственности, основанной на собственных интересах и их реализации в активных инновационных формах.

Марш Свободы 12 июня в Омске состоял из нескольких импровизированных собраний, прогулки и митинга свободных граждан. Начался он от мемориального камня жертвам политических репрессий, затем участники прошли по улицам Тарской и Спартаковской, остановились около раскопок Воскресенской церкви, затем прошли по Партизанской, пересекли Омь по Юбилейному мосту и по улице Лермонтова прошли до Театральной площади.

Виктор Корб у памятника жертвам политических репрессий

Объявление об акции см. http://politomsk.ru/board/1-1-0-289

Подборка фотографий в Фейсбуке: https://www.facebook.com/victorkorb/media_set?set=a.3625619677797&type=3

Я зарегистрировался в Доброй Машине Правды #ДМП! www.mashina.org.

Согласовал с организаторами возможность предварительной публикации тезисов моего возможного выступления на заседании Научного совета ВЦИОМ по теме “Истинные причины протестов”

Общие места как важнейший фактор формирования общества

Тезисы выступления на НС ВЦИОМ 17 мая 2012 года (ответы на вопросы Валерия Фёдорова)

Ситуация последнего времени – это признак «тектонических», необратимых сдвигов в системе или просто одна из критических точек, после преодоления которой возможно сохранение прежней траектории социально-политического развития?

Я сторонник коммуникационной модели, в рамках которой именно доминирующая схема формирования общих представлений является основой формирования человеческих сообществ. Соответственно, ключевые сущностные изменения общественных структур опосредуются именно сущностными изменениями коммуникационных схем: от преимущественно инертных централизованно-распределительных - к динамичным распределенно-обменным. Эта схема еще не захватила все общество (а такое и невозможно), но она стала доминирующей для наиболее активной его части. А это залог необратимости системных изменений. И дело вовсе не только в конкретных инструментах: сейчас уже не поможет ни закрытие твиттера, ни даже блокирование интернета, поскольку случилось главное - изменение в сознании и в стиле действия, появился общественный запрос на “прямую сетевую демократию”.

Что легло в основу серии массовых протестов последнего полугодия – сугубо политические причины (фальсификации, путинизм, административное давление и т.д.), информационное манипулирование, или истинные причины нужно искать в другой сфере?

Все перечисленные факторы важны, но вряд ли возможно определить какой-то один, ставший спусковым крючком. Думаю, основным мотивом стало именно неприятие фальсифицированности жизни во всех ее проявлениях. И связанные с этим остро и конкретно ощущаемые личные ограничения, включая отсутствие социальных и политических лифтов (в том числе в “оппозиции”), рост социального расслоения, невозможность эффективно влиять на власть и т.п. Весьма эффективными оказались и отработанные ранее схемы быстрого создания и продвижения политических брэндов по “методу Навального”, основанные на сочетании традиционных вождистско-харизматических методик с инновационными методами стимулирования гражданской самоорганизации, преимущественно через соцсети.

Это стихийное, подлинно народное и массовое движение – или управляемое и направляемое действо, участники которого были манипулируемой «массовкой»?

То, что оно не управляется, по крайней мере, прямыми действиями организаторов и вождей, четко видно по спонтанности и неустойчивости движения. Как в “декабрьско-мартовском” цикле, так и сейчас. Движение все-таки в значительной мере носит характер самоорганизующегося. В этом есть и плюсы и минусы, с позиции заинтересованности в успехе этого формата общественно-государственной реформы.

Основная ценность - неизмеримо возросший створ возможностей, наличие сложнейшей структуры противоречивых интересов как источника развития, защищенность от волюнтаризма (большевизма) и неизбежного восстановления роковой для России схемы, основанной на централизованно-сакральном представлении о власти и легитимности, вообще.

Основные угрозы - недостаточность собственных опор, “системообразующих якорей” в виде небольшого, но целостного и устойчивого набора ценностей, принципов и целей. Причем, наиболее опасно затягивание паузы именно в вызревании общих организационно-коммуникационных принципов и связанных с ними технологических площадок и методов. Неразвитость организационной культуры влечет высочайшую зависимость от внешних факторов, спонтанность, ситуативность, реактивность процесса.

В этом контексте ключевым фактором становится фактор наличия и типа “общих мест”. Очень ярко эта тема проявилась и продолжает звучать в актуальной истории попыток организовать #ГражданскаяВахта на #ПлощадьСвободы. Показательно, что власть коллективно бессознательно ощущает высочайший уровень угрозы существования подобных зон формирования альтернативной гражданской легитимности, поэтому практика уничтожения городских площадей или их деформации была характерной тенденцией для многих крупных городов. Этот же фактор лежит в основе движения “Стратегия-31″ - наиболее значимого и эффективного образца мирного гражданского протеста против системы произвола.

Основные ценности и факторы привлекательности формата “очных общих мест” (площадей свободы):

• воздух — самый эффективный коммуникационный канал: видимость достижения коммуникационного идеала — все одновременно взаимодействуют со всеми;
• развиртуализация, эффективное управление личными ролями и интеграция различных коммуникационных площадок;
• яркие, емкие инфоповоды и эффект “концентрации коммуникаций”, в том числе за счет задействования (оккупации) традиционных инфраструктур;

Кто все-таки вышел на улицы – «городской средний класс», «креативный класс», «журналисты плюс копирайтеры плюс зеваки»?

Если выбирать из этого жесткого набора, то да, можно говорить о феномене “городского среднего класса”. Но важно понимать, что этот слой не выделяется привычными социально-демокрафическими маркерами. Само его неожиданное для большинства социологов и политологов появление - это демонстрация абсолютной нерелевантности привычных методологических моделей. Я еще двадцать лет назад отмечал и сейчас настаиваю на высочайшем приоритете именно ментально-деятельностных маркеров, которые и более устойчивы, и более адекватно идентифицируют структурные и динамические факторы общественных феноменов. Это и устойчивые коммуникационные предпочтения (СМИ, социальные сети, сайты и т.п.), и факторы стиля жизни (производственно-рекреационный, творческий, клубный и т.п.), и, особенно, социально-психологические параметры - в первую очередь, характер мотивации, степень самостоятельности принятия решений.. С этой точки зрения, очевидно наличие нового типа социального расслоения: по “темпу жизни”, по коммуникационной схеме деятельности и т.п. Можно и нужно говорить об этих новых слоях и нужно срочно запускать новые исследовательские программы, построенные на принципиально новых моделях.

Вступление Путина в должность президента – закрывает ли страницу массовых протестов, или они могут повториться? Что способно стать триггером, запускающим череду неуправляемых событий, массовых выступлений, демонстративного неприятия власти?

Гражданские протесты не просто “могут повториться” - практически очевидно, что этот процесс уже вряд ли прекратится или даже “сольется” в более конформистские форматы. Можно ожидать некоторого оттока “протестного вещества” в условно-реформаторские партии (Явлинский, Касьянов, Прохоров, Милов, Рыжков), но вряд ли это существенно ослабит движение “городских несогласных”. Напротив, можно ожидать развития как уже доказавших свою эффективность конструкций гражданской самоорганизации с разной степенью лидерского участия, так и появления инновационных схем, повышающих разнообразие, устойчивость и эффективность гражданского движения к свободе.

ЖЖ

Корб.РФ

7 мая 2012 г. в 23:38

Не ждать утра - срочно организовать “Гражданскую Вахту” на Площади Свободы #КитайГород. RT!

Гражданская вахта - каждый участник уходит с Площади, только когда его сменит один или два его соратника. #КитайГород За нашу и вашу свободу

Никаких палаток - только Гражданская Вахта: человек уходит с Площади, когда договаривается о замене с одним-двумя соратниками #КитайГород RT

Каждый новый участник Гражданской вахты на #КитайГород привозит а) плед, б) пенку, в) термос, г) шоколадку и меняет одного соратника. RT

Трансляции #КитайГород прерваны @Reggaemortis1 ушел заряжаться. Прямого эфира нет - возрастает опасность силового разгона. Будьте бдительны!

8 мая 2012 г. в 13:30

Если еще кто-то не знает, в Москве на площади у памятника Героям Плевны (м. “Китай-город”) образовалась Площадь Свободы. Люди, не согласные с узурпацией власти путинской кликой, намерены держать непрерывную “Гражданскую Вахту”, удерживая площадь до победы.

Прямая трансляция с Площади Свободы от разных гражданских журналистов, передающих друг другу вахту, постоянно доступна на странице сайта “Перемен!” - http://peremen.me/publ/4-1-0-37

Илья Варламов баллотируется на пост мэра Омска как единый гражданский кандидат, победивший в открытой честной борьбе на праймериз “Гражданин мэр”.

Сейчас на повестке дня - сбор подписей. До 3 мая необходимо собрать около 10 000!

Задача крайне сложная, но выполнимая.

Чтобы выполнить эту задачу и получить шанс на избрание нового мэра, который поможет сделать Омск удобным для жизни надо каждому из нас приложить все усилия, использовать все свои ресурсы и сделать хотя бы одно из трёх простых действий (а лучше - все три :-)):

1. самому поставить подпись в поддержку выдвижения Ильи Варламова;
2. взять подписной лист и убедить поддержать Варламова всех знакомых, друзей, близких;
3. распространять информацию о сборе подписей всеми доступными способами.

Только так мы достигнем своей цели и дадим Омску шанс на обновление.

Пост и обсуждение в ЖЖ.

Омск дурно прославился много лет назад, когда заместитель областного прокурора Виктор Гринь публично признался, что “прокуратура является надежным звеном в команде губернатора”. Несмотря на это скандальное заявление и разного рода коррупционно пахнущие истории, Гринь сделал головокружительную карьеру и стал одним из ключевых фигурантов Списка Магнитского и очевидным претендентом на люстрации.

Сегодня в ходе процесса “Полежаев против Кузнецова” представитель губернатора и судья дотошно выясняли у ответчика, почему он не обращался в прокуратуру с заявлениями о признаках преступления в действиях исполнительной власти. И, отдельно, почему он решил, что губернатор может как-то повлиять на независимые хозяйствующие субъекты, на независимый суд, на прокуратуру (обсуждалась тема ответственности личной губернатора за незаконные или несправедливые акты приватизации и сомнительные сделки и проекты с государственной собственностью и предприятиями). Валентин Николаевич спокойно объяснил, что с одной стороны, обращаться к прокурорским с требованиями о соблюдении законности в действиях исполнительной власти - глупо, потому что они в лучшем случае ограничиваются отписками. И, наоборот, губернатор легко может хоть суду, хоть прокуратуре, хоть руководителям и собственникам любого бизнеса сделать такое предложение, от которого они вряд ли смогут отказаться. И он не раз делал такие предложения - когда это выгодно ему и его клану. Но пальца о палец не ударит, если нужно решительно отстаивать интересы жителей региона.

И судья, и юрист из администрации ухмылялись, всячески показывая, что это все напоминает фантазии, не основанные на Законе.

Но сегодня же все прогубернаторские СМИ взахлеб транслировали “новость” о том, как прокуратура нашла криминал в деятельности городской администрации и уже завела уголовные дела. Случилось это в точности через день после того, как губернатор на специальном “антикоррупционном” совещании “подверг критике пассивную позицию правоохранительных органов в отношении городских чиновников”.

Вот бы с такой же прытью прокурорские реагировали на массовые обращения граждан о грубейшем нарушении их прав и свобод. Но нет, при нынешнем губернаторе и нынешнем прокуроре рассчитывать на это не приходится. Они же не могут расследовать преступления собственного клана, и пороть сами себя, уподобляясь унтер-офицерской вдове. Значит, пороть их должны мы, свободные граждане. Что ж, значит, будем пороть

Надо быть последовательными: не признавать Путина президентом, не признавать думу, не платить налоги, формировать гражданскую легитимность.

Людям давно и хорошо задумывающимся все было понятно уже очень давно. Люди, ставшие задумываться только недавно, получат очень хороший опыт разочарования. Главный итог “выборов без выбора” 4 марта известен заранее. У нас уже очень давно нет никакой единой России - есть, как минимум, две России или Россия разделенная. Причем, этот раздел является настолько глубоким и инерционным, что устранить его вряд ли можно простыми и быстрыми решениями. Независимо от того, кто занимает Кремль.

У нас есть Россия подневольная. Россия, полностью зависящая от начальственной или бандитской воли. Причем, зависящая не только финансово и административно, но главное, - мощнейшим ментальным комплексом, в результате которого люди просто не могут представить себе иную ситуацию, поскольку они живут в этом мифе. В эту Россию входят все “гнилые электоральные местечки” Центра: и Кавказ, и дотационные регионы, и сельское население, до сих пор не узнавшее об отмене в России крепостного права. Эта Россия, конечно,  выберет Путина.

И есть другая Россия - Россия самостоятельная, свободолюбивая, ответственная. В этой России есть главное качество, необходимое для выживания и развития в современном мире: люди, осознающие себя гражданами, понимающие высшую ценность справедливости, основанной на уважении прав и свобод, понимающие высшую ценность человеческой жизни и свободы самовыражения, понимающие ценность культурного и политического разнобразия. Причем, это люди, не просто понимающие, но и готовые решительно отстаивать это свое понимание от любой агрессии со стороны тоталитарных сил. Граждане этой России не отдадут Путину ни одного голоса.

Каков будет формальный результат электорального шоу 4 марта, совершенно неважно.  Главное - выборы без выбора, при всей их имитационности, помогут сделать более ясной эту трагическую картину одновременного существования двух Россий на одной территории и в одной формальной оболочке. И, тем самым, хоть немного приблизить момент разрешения этого исторического противоречия.

Критикующие Лимонова за излишнюю революционность или “болотных вождей” - за невынужденный коллаборационизм не понимают важной вещи. Успех гражданского движения в значительной мере определяется именно размахом политического спектра, дистанцией между крайними позициями. Чем больше амплитуда “раскачивания лодки”, застрявшей на политической мели, тем больше шансов на успех.

Важно, однако, понимать и другое: вторым важнейшим компонентом успеха мирной гражданской революции является наличие силы, способной владеть ситуацией и исполнять роль медиатора общегражданского движения. Причем, эту роль вовсе не обязательно должны исполнять номинальные “центристы” по идеологическим или политическим критериям. Главное - это именно способность адекватно оценивать быстро меняющуюся обстановку и действовать либо на опережение событий, либо предлагая своевременные решения, разрешающие противоречия наиболее конструктивно и в соответствии с массовыми ожиданиями гражданского актива.

Из существующих институтов гражданской самоорганизации оптимальным претендентом на эту роль является недавно созданный Гражданский Совет. Разумеется, при условии его более решительного самоопределения в русле основного тренда освободительного движения.

Из номинальных лидеров гражданского движения ближе всего к этой роли - Алексей Навальный, Гарри Каспаров и Илья Пономарев.

Разумеется, быстроменяющаяся обстановка в любой момент может резко изменить и персональную, и институциональную конфигурацию локомотива революции.

17-20 февраля в рамках проекта “Гражданин Социолог” был проведен Всероссийский опрос населения об участии в предстоящих 4 марта “президентских выборах”. Главный предварительный итог: за Путина на ближайших выборах готовы отдать голоса от 32% до 46% горожан, твердо намеренных принять участие в голосовании - в зависимости от смещенности выборки (чем “столичнее” город, тем ниже процент поддержки Путина).

При анализе и интепретации данных социологических опросов следует иметь в виду, что ни у одного исследовательского центра в России не существует надежной модели, позволяющей строить сколько-нибудь достоверные прогнозы. Это объясняется и сильным и расслоением общества, и высоким влиянием прямого административного давления на избирателей, и другими плохо изученными факторами. Кроме того, современное российское общество вновь находится в стадии высокой мобильности и, одновременно, высокой рефлексии - то есть сильного влияния на поведение людей мощных информационных потоков через СМИ, социальные сети и другие каналы. В таких условиях практически невозможно уверенно предсказать результат “выборов” на основе опросов общественного мнения. И все же эти данные позволяют получить хорошее представление о состоянии умов российского избирателя за две недели до дня голосования. А при желании - попрактиковаться в составлении собственных моделей и прогнозов: например, путем несложных поправок, учитывающих долю городского и сельского населения России, сопоставляющих результаты опроса и недавних избирательных кампаний и т.п.

Расшифровка обозначений столбцов таблиц: “Голос” - доля принимавших или намеренных принять участие в голосовании”; “заб” и “забр” - заберу, забрал или испортил бюллетень; “не буду”, “не голос” - не голосовал или не буду голосовать; “не решил” и “не пом” - еще не решил, буду ли голосовать или не помню, как поступил на предыдущих выборах.

Табл. 1. Распределение ответов в целом по выборке

В первой таблице представлено распределение ответов на вопросы “Если бы выборы президента были сегодня, за кого бы Вы проголосовали?” и “Вы голосовали на думских выборах 4 декабря 2011 года? Если да, то за кого?” в целом по выборке. Для сравнения приведены данные по трем подвыборкам, в том числе: верифицируемой по полу и возрасту подвыборке (РФ_первич), совокупной выборке (РФ_сумма) и подвыборке, взвешенной по численности населенных пунктов (РФ_взвеш). В последней - существенно большую долю составили столицы Москва и Санкт-Петербург, в первой - наоборот, выше доля малых населенных пунктов. Легко видеть, что параметр урбанизированности выборки сильно коррелирует с рейтингом Путина (с обратным знаком), а именно: чем более крупный и “столичный” город, тем ниже уровень электоральной поддержки “основного кандидата”. В целом по опросу этот показатель варьирует в диапазоне от 23% до 32% (для сравнения: в Москве и Санкт-Петербурге - 18%-19%, в Саратове и Самаре - 43%).

Из этой таблицы также легко видеть, что на президентских выборах 4 марта стоит ожидать заметно более высокой электоральной активности: твердо заявляют о намерении принять активное участие в голосовании от 66% до 71% опрошенных, а о той или иной форме бойкота - лишь 14%-19%

Табл. 2. Распределение ответов среди респондентов, голосовавших или намеренных голосовать

Во второй таблице представлены распределения по аналогичным выборкам и срезам, но только среди тех респондентов, которые заявили о твердом намерении принять активное участие в голосовании путем выбора того или иного кандидата из присутствующих в бюллетене. Легко видеть, что здесь сохраняется та же тенденция (корреляции), что и в целом: чем более урбанизированное население, тем меньше электоральный рейтинг Путина. Во взвешенной подвыборке доля Путина опускается до 32%, в санкт-петербургской - до 27%, а в московской - до 23% (в Саратове и Вологде - наоборот, повышается до 54%, а в Советске - до 58%!) Примечательно, что столь же ярко выраженная, но с обратным знаком, тенденция характерна для Прохорова, а вот у остальных кандидатов различия в разных территориальных подвыборках не столь существенны.

Зато весьма существенны расхождения в оценках кандидатов мужской и женской аудиторией. У Путина и Миронова - ярко выраженные симпатии женской аудитории (51% против 41% и 8% против 3%, соответственно). А у Зюганова (16% и 26%) и Жириновского (8% и 15%) - наоборот, существенное доминирование мужского электората. У Прохорова гендерные различия не столь существенны. Указанные особенности, кстати, хорошо коррелируют и с ответами на вопросы о голосовании на выборах в думу: доминирование женской аудитории характерно для ПЖиВ (45% женских против 26% мужских), а у КПРФ (20% против 34%) и ЛДПР (10% против 15%) - обратная картина.

19 февраля Александр Волошин обнародовал уточненный прогноз на 4 марта: “Путин – 59–61%, Зюганов – 16–18%, Жириновский – 8–10%, Прохоров – 6–8%, Миронов – 4–5% голосов избирателей”. Легко видеть, что существенные отличия с результатами “Гражданина Социолога” есть лишь по Путину и Прохорову. Это расхождение вполне убедительно объясняется неустойчивым “медийным” характером рейтинга кандидата-новичка и, напротив, мощной медийной и административной поддержкой “основного кандидата”. Все официальные аналитические центры - ВЦИОМ, ФОМ, Левада-центр - дают Путину от 59% до 61% голосов, что больше похоже на попытки “рейтингового оправдания” результатов выборов, чем на научно обоснованные прогнозы. На этом фоне резко выделяется прогноз ФАПСИ, отдающего Путину лишь 49% голосов в первом туре (точности ради нужно отметить, что этой аббревиатурой обозначают некие “данные, полученные из закрытых источников ФСО или ФСБ” с неизвестными параметрами и методикой, поэтому к ним следует относиться крайне осторожно).

Реальные результаты голосования будут сильно зависеть и от фактического уровня участия в выборах, причем, сейчас сложно сказать, в чью пользу окажется высокий процент голосования, поскольку высокий уровень мотивации демонстрируют как сторонники, так и противники “основного кандидата”. Понятно, что процент Путина может существенно увеличиться за счет “гнилых местечек” - сельских районов, закрытых участков, регионов Северного Кавказа и других территорий, на которых сохраняется высокая зависимость населения от ПЖиВ. И, наоборот, высокая активность противников существующего режима - в роли избирателей, наблюдателей и участников других форм гражданской активности - может оказать заметное воздействие на результат “выборов без выбора” 4 марта 2012 года.

Виктор Корб,
директор Агентства Региональных Исследований (АРИ),
координатор и научный консультант проекта “Гражданин Социолог”.

Примечание. В опросе, организованном группой межрегионального взаимодействия гражданских активистов при содействии профессиональных социологов Агентства Региональных Исследований (АРИ) 17-20 февраля, приняли участие волонтеры из более двадцати городов и населенных пунктов России с общей численностью почти в 30 миллионов человек. В том числе: Санкт-Петербурга, Омска, Калининградской,  Самарской и Тульской областей, Вологды, Сыктывкара, Новосибирска, Волгограда, Стерлитамака, Уфы, Нижнего Новгорода, Саратова, Рязани, Белгорода, Екатеринбурга, Липецка, Орла, Москвы и Московской области. Опрос проводился методом уличного интервью по простой случайной выборке. Массив опроса - 2600 респондентов (верифицируемая доля - 1310). Все методические материалы и первичные данные по опросу находятся в открытом доступе в гугл-группе “Гражданин Социолог”.

Обсуждение в ЖЖ (в т.ч. с участием Игоря Задорина и Леонида Блехера).

Один из соорганизаторов коалиционного митинга «За честные выборы!», прошедшего 4 февраля 2012 года на Театральной площади Омска, Виктор Корб выступает с речью-предупреждением о том, что у власти в России не просто «жулики и воры», а настоящие бандиты, которые захватили страну и просто так её не отдадут…

Фото © Дмитрий Феоктистов.

Один из основных организаторов работает информатором о главной акции 12-го года…

На всякий случай сохраню это фото и прямо здесь…

Слева-направо: Константин Исупов, Тимофей Шевченко, Елена Завьялова, Виктор Корб, Юрий Пантюхов, Игорь Рогачёв, Акрам Махмутов, Алексей Харьков, Александр Будыко,

В связи с активизацией любимого жанра русской революции «что делать?» и разного рода инсинуациями насчет «невозможности легитимным образом реализовать требования 10 декабря» имею сообщить следующее:

• нынешний режим нелегитимен чуть более, чем полностью;
• наиболее легитимным разрешением очевидной революционной ситуации является отставка и роспуск всех высших органов власти, формирование Временного Правительства народного доверия и назначение выборов в Учредительное (Конституционное) собрание на основе широчайшего представительства гражданских, политических и региональных интересов;
• мирный характер переходного периода призван обеспечить механизм Круглого стола, на котором представители власти и Всероссийского Гражданского Комитета (ВГК) согласуют все ключевые параметры восстановления демократии в России;
• Гражданский комитет должен быть сформирован в ближайшее время как постоянно действующий орган, легитимно представляющий широкое движение общегражданского протеста против фальсификации власти;
• Легитимность Всероссийского Гражданского Комитета должна быть обеспечена широкой структурой региональных гражданских комитетов как органов гражданской самоорганизации;
• важнейшим фактором успеха мирного перехода к демократии в России станет готовность гражданского общества, прежде всего, его наиболее активной и организованной части, добиваться выдвигаемых власти требований со всей решимостью и всеми возможными способами, прежде всего — массовыми мирными акциями гражданского неповиновения.

Все остальное — менее существенные детали.

Впервые опубликовано в ЖЖ Виктора Корба.

Тезисы воспоминаний очевидца о событиях 19-22 августа 1991 года в Омске и России.

Завязка

Рано утром 19 августа 1991 года я с коллегами-программистами работал в компьютерном зале НИЛГТ ОКБ “Карат” на ул. 22 Апреля в Омске. Там оказалось включенным проводное радио. Вместо привычного выпуска новостей, в 9:00 мы услышали в исполнении диктора заявление о болезни Михаила Горбачева, о введении в стране режима чрезвычайного положения и о переходе всей полноты власти к Государственному Комитету по чрезвычайному положению (ГКЧП) во главе с вице-президентом Геннадием Янаевым. Не дослушав текст до конца, в полной тишине я произнес слово “путч” и бросился к телефону на подоконнике. Первым я набрал номер Аркадия Мурашова, одного из сопредседателей движения “Демократическая Россия”, но у него включился автоответчик, на который я бросил лишь несколько несвязных слов вроде “у вас там путч, а вы дрыхнете без задних ног!” У Сергея Станкевича (народного депутата СССР и РСФСР, одного из лидеров Московского Народного Фронта, ближайшего соратника Бориса Ельцина) телефон тоже не отвечал. Дозвониться удалось лишь Виктору Пименовичу Миронову, председателю Московского объединения избирателей. Ему я уже объяснил ситуацию подробнее и на этом свою миссию по пробуждению московских товарищей посчитал исполненной. Вскользь отметил, что похоже, еще не всех демократических лидеров арестовали… Следом созвонился с Кунгурцевым и Богдановским, договорившись о встрече в редакции в ближайшее время. Тут же отпросился с работы у любимого шефа Алексея Павловича Баранника и помчался на Декабристов, 32.

Постановка

Ключевое решение по организации сопротивления путчу в Омской области было принято в 11 часов утра 19 августа 1991 года на совещании в редакции газеты “Демократический Омск” в составе ее главного редактора Виктора Корба, его заместителя Владимира Кунгурцева и Сергея Богдановского. Создатель и бывший редактор “ДО” Сергей Олегович Богдановский тогда уже был штатным сотрудником газеты “Ореол”, при этом он оставался неформальным лидером демократического движения. Именно он автор названия “Комитет по защите законно избранных органов власти”, точно отражавшего политический и правовой статус омского демократического сопротивления. На этом совещании мы вчерне определили персональный состав Комитета, договорились пригласить народного депутата СССР, одного из лидеров Межрегиональной депутатской группы (МДГ) Александра Минжуренко на пост его председателя. Местом нахождения Комитета мы решили сделать кабинет фракции “Демократическая Россия” в здании Горсовета, поскольку у меня как сопредседателя фракции были полномочия по ее использованию для депутатских нужд. Были и запасные варианты, но горсовет казался нам оптимальным - и с точки зрения коммуникаций, и с политической точки зрения. Надо отдать должное тогдашнему председателю горсовета и первому секретарю горкома КПСС Владимиру Варнавскому – он нам не помогал, но и не стал препятствовать работе Комитета, сразу заверив нас, что считает Бориса Ельцина законным президентом России. Нам повезло также, что вечером этого дня в Доме Белова должно было состояться плановое заседание Омского Клуба. Таким образом, даже без дополнительных звонков нам удалось быстро наладить связь с лидерами гражданского актива и вечером того же дня провести расширенное заседание в холле горсовета. Телефоны горсовета использовались для постоянной связи с нашими московскими соратниками. Основным каналом оперативного получения официальных документов из осажденного Белого дома в Москве стали факсы редакций “Ореола” и “Нового обозрения”. Здание на Гагарина, 34 на три дня стало центром гражданского сопротивления путчу в Омской области.

Герои

Несколько наших соратников по демократическому движению оказались в те горячие августовские дни в Москве, приняв активное участие в защите Белого дома. Именно они - гражданские активисты Наталья Агафонова и Клавдия Екимова, депутат областного совета Виктор Захарченко, - а также Александр Минжуренко стали одними из первых кавалеров медали “Защитнику свободной России”. Среди омских участников сопротивления могу отметить уже упоминавшихся моих товарищей Сергея Богдановского и Владимира Кунгурцева, а также Виктора Бессонова, внесших значительный вклад в прорыв информационной блокады. Анатолий Бабенко предложил создать и возглавил забастовочный комитет Омской области (для его работы мы предоставили офис редакции “Демократического Омска”; за три дня путча я так и не смог выбраться туда и очень переживал, что в случае нашего поражения в руки “врага” могут попасть и пропасть все наши редакционные материалы и архивы). Важную работу по взаимодействию с правоохранительными органами и воинскими частями, дислоцированными в Омске, вели Виталий Божко, Анатолий Горобцов и другие депутаты фракции “Демократическая Россия” в облсовете. Командир экипажа омского авиаотряда Владимир Козлов был готов при необходимости оказать содействие в срочной эвакуации правительства Ельцина из осажденной Москвы на Урал или в Сибирь или в отправке отрядов добровольцев в Москву. Но самую большую работу делали наши многочисленные товарищи по движению “Демократическая Россия”: распространяя подготовленные Комитетом тиражи листовок, помогая в организации митингов в разных районах Омска, демонстрируя решимость до последнего отстаивать демократические ценности.

Триллер

Три дня августа 1991 года, кратко именуемые словом “путч”, были насыщены событиями, многие из которых вполне можно называть историческими. Время уплотнилось до предела, многие действия, решения, поступки и слова участников никак не зафиксировались – ни на бумаге, ни в памяти. Осталось общее ощущение сверхнапряженности и важности ситуации. В этой обстановке некогда было думать о себе. Не было чувства страха. Точнее, почти не было. При том, что все эти трое суток ситуация балансировала на тонком краю и могла повернуться в любую сторону. Все действия мы совершали быстро и решительно, особо не заботясь о последствиях, в том числе о личной безопасности. Была полная ясность: или мы защитим свою свободу, или потерпим сокрушительное поражение с самыми серьезными последствиями, вплоть до массовых арестов или даже хуже. Впрочем, еще раз: я о таких вещах тогда не думал, и единственный раз за три дня, когда я услышал подобные рассуждения, была ночь 20 августа, когда мы с Леонидом Рыженко, зампредом горсовета, прощались у дверей Омского горсовета. Расставаясь до завтра, но без уверенности в том, что встретимся на свободе.

Драма

Самый яркий, драматичный сюжет в моих воспоминаниях об августе 1991 – это столкновение Минжуренко и Кулинича. Картинка, на которой два разгоряченных мужика стоят с разных сторон теннисного стола в фойе здания радиокомитета, не теряет красочности и спустя двадцать лет. Они тогда чуть было не сцепились в рукопашной. И нам – мне, Борису Тюлькову, Сергею Суменкову, Леониду Рыженко – с трудом удалось успокоить главных фигурантов этого действа, предложив продолжить “переговоры” в более спокойной обстановке в кабинете председателя комитета по телерадиовещанию, на втором этаже этого здания. Впрочем, миссия, с которой ранним утром 21 августа группа народных депутатов прибыла к председателю телерадиокомитета Александру Кулиничу, не увенчалась успехом: он наотрез отказался исполнять требование о немедленном обнародовании в эфире омского радио текстов указов президента России. За этот поступок Александр Викторович затем стал одной из главных жертв мягкой “охоты на ведьм”, лишился поста, на который был назначен журналист, народный депутат РСФСР Сергей Носовец. Впрочем, почти все участники этой истории впоследствии неплохо устроились и встроились в разные места “вертикали власти”. В том числе и заместитель Кулинича Юрий Коробченко, который, выпроваживая нас, заявил мне, что-то вроде “вы не понимаете: настоящие преступники – те, кто вместе с Горбачевым и Ельциным разваливают СССР”.

Фарс

Постыдную роль в период путча сыграло тогдашнее “областное руководство”. На экстренном расширенном заседании обкома КПСС при обсуждении вопроса об отношении к ситуации в стране в связи заявлением ГКЧП выступили все руководители областных и городских структур власти и управления. Большинство из них постарались занять как можно более невнятную позицию по формуле “ни нашим, ни вашим, а урожай собирать”. Одним из лидеров этой группы “консерваторов” был тогдашний председатель облисполкома Леонид Полежаев. Впрочем, явные симптомы медвежьей болезни 19-21 августа 91 года не помешали ему быстро сориентироваться после провала путча и, воспользовавшись неуверенностью или прямым предательством “демократических лидеров”, утвердиться на месте хозяина области на долгие двадцать лет. Это все, как говорится, другая история, но корни ее лежат в августе-сентябре 1991 года.

Финал

Утром 22 августа ситуация была все еще неопределенная. Ходили разные слухи. На этот день мы организовали целую серию митингов в поддержку демократии и законной власти России в разных районах города. Чтобы успеть поучаствовать во всех митингах – у Цирка, в центре, около ДК “Нефтяник”, - воспользовались микроавтобусом, который по моей просьбе предоставил Юрий Шойхет (тогда один из лидеров бизнес-сообщества, а чуть позже - первый мэр Омска). К полудню, к моменту начала очередного митинга стало известно об аресте членов ГКЧП и “победе августовской революции”. Я так устал за эти трое суток, что не только отказался от выступления на митингах, но даже не вылезал из машины. На заседании нашего Комитета было принято его не распускать “вплоть до окончательной победы над путчистами и их пособниками”. Депутат горсовета Сергей Хрусталев нашел где-то трехцветное полотнище старого российского флага, который демократы считали “своим”, и заручившись поддержкой Комитета, вывесил его из окна здания Горсовета. Чуть позже говорили, что этот акт повторил и председатель Советского райсовета Виктор Масоров…

Эпилог

События, последовавшие непосредственно за неудавшимся путчем, оказались, пожалуй, еще более драматичными. Впрочем, для меня и небольшой группы моих самых близких соратников этот большевистский шабаш, осуществлявшийся под прикрытием “демократических” лозунгов не был неожиданным – мы еще с конца 1990 года занимали достаточно критичную позицию в отношении группировки, превратившей широкое гражданское движение в вождистскую “партию Ельцина”. Но ни остановить, ни даже затормозить процесс “реформ”, в ходе которого произошло лишь незначительное обновление номенклатурно-олигархического слоя с сохранением и даже усилением авторитарных тенденций, мы уже не могли. Я ничуть не стыжусь своего активного участия в борьбе против ГКЧП в горячие дни августа 91-го – это был для меня совершенно естественный нравственный и гражданский выбор – защита права и свободы от произвола и диктатуры. Но от номинирования на государственную медаль “Защитнику Свободной России” я все же отказался. Потому что не мог принимать ее от людей, предавших российскую демократию.

Виктор Корб, Омск, 10 августа 2011 года.

Аудиозапись интервью Виктора Корба корреспонденту “Радио Свобода” Вячеславу Сурикову 19.08.2011 года в Омске:

Большинство даже очень толковых и хорошо образованных людей остаются в плену мифа о мнимом противостоянии “дикого капитализма” и “социализма, заботящегося об обществе” как чуть ли не основном конфликте современного общества.

Между тем, гораздо продуктивнее получается анализ общественных отношений, при котором измеряется соотношение договорного и нормативного начала. Общества, в которых доминирует нормативный способ организации, по сути мало отличаются. Ну разве что разными схемами и, соответственно, разными результатами перераспределения общественного продукта. По сути же “китайская модель” не сильно отличается от “российской”, “американской” или “шведской”. Это все нормативно-социальные, или, если хотите социалистические системы - с чуть большим или чуть меньшим весом “разрешенного капитализма”. Ключевые действия по перераспределению ресурсов в стране в этих системах принимаются без учета актуальных интересов свободных людей, на основании навязанных и узаконенных тем или иным образом решений.

Принципиальным отличием от нормативной схемы общественно-государственных отношений являются системы договорные, в которых доминируют открытые соглашения свободных субъектов. Системы, в которых, грубо говоря, легальные контракты имеют более высокий приоритет в сравнении с кодексами.

Многие могут легко вспомнить яркий пример того, как резко меняется ситуация, когда внешний контроль заменяется свободным, договорным регулированием отношений. Неважно, в какой сфере человеческой деятельности - хоть в экономике, хоть в культуре, хоть в политике. Причем, эти кажущиеся чудесными превращения происходят часто без заметного изменения форм собственности - как это было, например, на заре Перестройки в позднем СССР.

Так что не стоит пытаться разбираться с социализмами, капитализмами и прочими идеологическими штампами. Просто скажите мне, “сколько в вашем обществе договора” - и я скажу вам, насколько свободно и эффективно ваше общество.

P.S. Надеюсь, понятно, что с терминами договор и норма надо обращаться аккуратнее, не абсолютизируя их до абсурда. Вполне возможен и общественный договор, который нормирует самые важные условия гражданских отношений, в первую очередь четко ограничивая зоны и уровень действия общих структур. Важнейшим является сам приоритет свободных и открытых отношений свободных личностей и их актуальной воли над любыми идеологическими мифами и основанными на них нормами.

Я рад, что в моей френд-ленте оказалось не так много явных гомофобов. Хотя я включаю во френды любых людей с интересными дневниками, часто со взглядами, очень сильно отличающимися от моих. Это помогает мне формировать более объемную картину мира, сверяя свои представления с представлениями других людей, способных свободно мыслить и внятно излагать свои мысли.

Но очень неприятно то, что гомофобы обнаруживаются и среди моих потенциальных соратников по гражданскому сопротивлению.

Гомофобия - это ведь качество, ярко характеризующее как раз сторонников существующего бесчеловечного российского режима. Это качество людей, внутренне несвободных, склонных к некритичной трансляции чужих идей и, таким образом, являющихся основой для тоталитарных манипуляций сознанием. Значит, эти люди в значительной мере служат темной стороне Силы укреплению режима.

Гомофобия - это проявление внутренних страхов. Боязнь непонятного, непривычного, чужого. Гомофобия поэтому, как я уже раньше отмечал, мало отличается от других форм ксенофобии. А если человек страдает гомофобией, значит, он не может управлять своими страхами. И значит, он является слабым звеном в нашей общей борьбе за свободу. Даже если он является активистом, ходит на митинги, поддерживает лозунги. Неспособность управлять иррациональными страхами - прямой путь к предательству.

Гомофобия, таким образом, - это типичная медвежья болезнь. И лучше бы, конечно, четко выдерживать границу между людьми политически и духовно здоровыми, с одной стороны, и людьми, являющимися носителями разных форм этой самой медвежьей болезни - гомофобии, патриофилии и т.п. Для последних создана специальная медвежья партия. Для них недавно открыли запись в медвежий фронт. А свободным гражданам надо бы четче выдерживать карантинные мероприятия.