|
Виктор КорбЗаписки иностранца - 2 |
Акрам Махмутов пишет в ФСБуке:
31 мая 2013 года. Омск. Театральная Площадь. Собрание Свободных Граждан в защиту 31-й статьи Конституции РФ. Участники Собрания - блогеры Фейсбука. Фото - блогер Гриша Прошин Остались за кадром Тимофей Шевченко и Татьяна Ильина.
А это фото Златы Романовой во время лекции о свободе собраний, которую Корб прочитал высокопоставленному полицаю в штатском:
Социологическое сообщество, наконец, встрепенулось. К кому должны прийти, чтобы встрепенулись журналисты, юристы, экономисты и прочие деятели науки и культуры?
Вчера поймал себя на мысли: “Кого бы можно было предложить условному Западу обменять на Стомахина по формуле Буковский-Корвалан?” Сходу ничего не придумалось. А у вас есть варианты?
Пока “экологические лидеры” не поймут бессмысленность унизительного “петиционного метода”, системность и “политический характер” всех отдельных мерзостей, ничего не изменится.
***
Даже +40 - гораздо лучше, чем +7. Хуже +7, вообще, очень трудно что-то придумать! Тех, кто считает иначе, нужно массово выселять на Аляску!
***
По многочисленным просьбам дублирую мое фото в пионерском галстуке. 7-3 класс 112 школы #Омск. 1979 год. Полный список - на отдельной страничке на моем сайте Корб.РФ.
Единственный, кому я прощаю спам-приглашения на мероприятия в #Facebook, — это Виталий Шушкевич 
Сегодня, например, прилетел инвайт на #ОккупайГорький 9 мая. Сам, по понятным причинам пойти не смогу. Но искренне желаю удачи нам во всех добрых делах!
Путлерюгенд - гораздо страшнее гитлерюгенда, т.к. абсолютно лишен даже видимости мозгов - только фашистская бутафория и звериная агрессия
Ладно бы они один день были в неадеквате, потом протрезвели, как десантники, и стали нормальными. Но ведь они всегда такие. Без малейшей надежды на включение мозга. Вот что страшно!
И вот интересно, откуда у обещателей “дать в морду” такая наивная уверенность, что их не замучает отдача? Ведь почти всегда как раз мучает 
Надо четко понимать, что люстрации КМПВ будут подвержены активисты не только #ПЖиВ, но и всей “системной оппозиции”, включая #КПРФ, #ЛДПР и #СР.
Не забывать ни на минуту: Путин не наш президент, Путин — вор!
Россия — страна победившей графомании!
Говорят, один из видных адептов государственной религии патриофил Минжуренко заклеймил меня сектантом. Это было бы смешно, когда бы не было так пошло 
Надо четко понимать, что люстрации КМПВ будут подвержены активисты не только #ПЖиВ, но и всей “системной оппозиции”, включая #КПРФ, #ЛДПР и #СР.
Нельзя просто так взять и не выйти 6 мая на Болотную? Да или нет?
***
Ксения Собчак 6 мая 2012 года отговаривала выходить на Болотную. 6 мая 2013 года уговаривает обязательно выйти. Кто-то может четко объяснить разницу?
Александр Минжуренко, топ-блогер, проректор Омской академии МВД, бывший представитель президента РФ в Омской области — Виктору Корбу, блогеру, журналисту, социологу и бывшему соратнику в короткий период демдвижения первой волны: «У тебя – статья однозначно. Теперь Я буду думать: посадить тебя или на принудлечение отправить, потому что ты забыл, что я работаю в Юридической Академии и мои коллеги – асы-юристы уже предлагают «закрыть» тебя… Сделают это за бесплатно, из любви к искусству и нелюбви к грубиянам. Гарантии выдают на 100%».
Разумеется, весеннее обострение Минжуренко, как и недавнее осеннее, совершенно случайно совпали с эскалацией чекистско-полицейского давления на меня. И стилистика его текстов, и многочисленные полные совпадения гнусных выпадов и лжи — также абсолютно случайно совпадают с аналогичными в исполнении штатных контрпропагандистов и добровольных троллей. Но невозможно отрицать наличия мощнейшего общего основания у всех проявлений мерзости - патриофилии и неизбывной российской привычки «либерализма применительно к подлости», столь ярко описанного еще великим Салтыковым-Щедриным.
Макс Кац: «Если даже к ним внедрился кто-то из ФСБ и собрал оперативную информацию, чтобы остановить их планы, то я говорю ему «спасибо», а не «мразь»…
Сергей Пархоменко: «Смысл провокации — вытолкнуть подготовку митинга 6 мая в русло насилия, бешенства и истерики. Что, собственно, мы уже сейчас видим собственными глазами во внутренней переписке КС. Штатные провокаторы, которые в свое время были туда “заряжены”, тут же принялись за привычное свое дело…».
Крысы, нагло, открыто сдающие соратников по оппозиции убийцам из ФСБ и СК, разумеется, громче всех орут о предательстве и провокациях. Наверное, действительно, уже пора размежеваться?
***
Единственный способ борьбы с «провокациями» — не поддаваться на провокации, игнорировать их, действовать в русле собственной стратегии по собственной повестке и плану.
Изучайте внимательно знаменитое «Дело провокатора Малиновского» и ленинский комментарий к нему…
Минжуренко - это ведь довольно яркий пример известного феномена извращения важнейших политических понятий и терминов. Его до сих пор называют демократом, хотя он им не был практически никогда. Сначала был весьма активным членом КПСС, потом был приподнят т.н. “первой демократической волной” и очень быстро проявил сущность “демобольшевика”, для которого цель оправдывает средства. Был ретивым ельцинистом, гайдаровцем, чубайсоидом. Служил региональным комиссаром при “перестраивающейся партхозноменклатуре”. Главным его политическим достижением стало посажение Полежаева на омское ханство. Было и много “достижений” помельче. Но стержню своему в виде махрового и эклектичного “либерал-империализма” он никогда не изменял.
Нынешние проявления гопничества и какой-то звериной озлобленности с его стороны только кажутся совсем уж беспричинными и, разумеется, имеют довольно глубокие корни в наших отношениях. Они были редкими, но достаточно яркими и, наверное, заслуживают отдельной главы в мемуарах или историко-публицистическом материале. Но вряд ли до этого у меня дойдут руки в ближайшие годы. Поэтому пока Александру Васильевичу остается бесноваться в одиночестве. Или в теплой компании друзей типа г-на Ж, чем он уже и занимается с удовольствием. И хрен с ними - пусть беснуются. Хотя ручаться, что я не отвечу на откровенно хамские, лживые выпады или прямые угрозы, не буду 
Неинтересна конспирология о том был казачок или не было — с момента заключения сделки со следствием человек становится сотрудником режима по сути, по понятию.
Пока Навальный на свободе, еще есть шанс быстро перейти от «гуляний с лентами» к формированию общенационального фронта гражданского протеста — в виде четко координируемой сети региональных комитетов (советов).
Позднее утро. Мы только что позавтракали. Я, не садясь за компьютер, решил все же выбраться с граблями на свой любимый газон, чтобы немного причесать его, дав свободу новой травке. Накинул ветровку, полез в кильдым за граблями… Звонок в домофон.
- Кто?
- Это ваш участковый, нужно поговорить.
- А, Иван Михалыч, а что за разговоры с утра?
- Ну, тут есть документ, предписание, я должен провести с Вами беседу.
- Ладно, я сейчас грабли захвачу и выйду - поговорим.
Беру грабли. Выхожу. Около подъезда, действительно, мнется наш участковый уполномоченный полиции старший лейтенант Иван Михайлович Гулов. А я только вчера его поминал, когда писал пост “Мальчики-полицайчики хотят в Тамбов?”.
- Ну что, Иван Михайлович, недоброе утро! А я только вчера вас поминал, обнаружив, что вы в некотором роде “принимали участие в насилии” еще в феврале 2010 года: участковый старший лейтенант Гулов упоминается в документе об отказе в возбуждении уголовного дела по поводу первого покушения на меня и мою семью в январе. А в результате, как помните, летом мне уже сломали ребра… Ну ладно, что тут у вас?
- Предписание из прокуратуры…
- Шо, опять? Вам мало еще недавней истории с протоколом об “экстремистских материалах“? Вы поняли теперь, что я был абсолютно прав, когда объяснял вам, что вы действуете незаконно и нарушаете процедуру? А теперь вам на это и ваш «суд» указал… Или до вас это даже не довели? То есть, вы еще даже не знаете, как вас судья “опустил”, на целом листе подробно перечислив все незаконные действия при попытке опросить меня и составить протокол?
- Я ничего не знаю, мое дело маленькое - я исполняю приказы.
- Опять какие-то незаконные приказы исполняете? Лучше бы вы своим делом занимались. Вот у нас под окнами, например, машину ставят на газоне уже давно, а вам хоть бы хны. Я уже вынужден целый городской проект организовать, чтобы заставить, наконец-то, полицейских заниматься своими прямыми обязанностями…
- Мы занимаемся…
- Да если бы вы занимались, она бы уже вся была уклеена штрафными квитанциями! Ничем вы не занимаетесь. И соседи продолжают шуметь после десяти, не говоря уже о долбежке днем, от которой голова пухнет. А вас не допросишься даже с ними провести простейшую “профилактическую беседу”. Но вот с этими бумажками - вы тут как тут. Что за бумажки-то, можно посмотреть?
Показывает мне листы со слабыми копиями письма, подписанного и.о. прокурора с предписанием опросить по какому-то идиотскому списку вопросов большую группу граждан, сгруппированных по каким-то полумифическим “незарегистрированным общественным движениям”.
- Ух-ты, так это, похоже, те самые черные списки эшников и чекистов, по поводу которых Лидия Каргаполова уже дошла с жалобами, кажется, до генпрокуратуры…
Передавая второй лист, теряет его под порывом ветра, листок падает на землю. Я его подбираю, возвращаю, попутно быстро просматривая фамилии…
- Виктор Владимирович, вы даже можете их сфотографировать, если хотите. Но давайте все-таки поговорим в нормальной обстановке.
- Да? Точно? Ну спасибо, Иван Михайлович. Тогда давайте зайдем. Попробуем поговорить. Но незаконные приказы вы совершенно зря исполняете, это совершенно гнилая отмазка и вы еще не раз пожалеете, что так себя ведете…
Заходим. Татьяна еще не готова к встрече посторонних. Открывает щеколду и сразу убегает. Нас встречает Макс истошным мяуканьем. Тут же трется Мася. Милисса наблюдает издалека. В коридоре жарко, душно. Участковый присаживается на пуфик. В этот момент возвращается из магазина мама. В коридор подтягивается Таня. На четырех квадратных метрах - четыре человека, три кошки, неубранный лоток, грабли…
- Давайте все-таки лучше пройдем ко мне в комнату.
Иван Михайлович снимает штиблеты и присаживается на уголок дивана. Беру у него бумаги, раскладываю на стуле рядом с окном, открываю шторы, чтобы добавить света. Фотографирую…
- Да, качество не очень получается при таком способе копирования. Вот недавно «судья» у меня отказался принять копии документов, которые я фотографировал при изучении материалов “дела об экстремизме“. Попробую сейчас сделать более качественно…
Заканчиваю фотографировать. Просматриваю бегло документ. Вижу массу знакомых фамилий, сгруппированных по каким-то “общественным движениям”. По Штирлицу, сильнее всего запоминается последнее - где Старостин Василий Васильевич отнесен к какому-то “союзу студентов” или что-то в этом роде.
- Вы, Иван Михайлович, понимаете всю мерзость этой бумаги и того, чем вас заставляют заниматься? Вы знаете, например, что Василий Старостин уже много лет отстаивает интересы детдомовцев, помогая им получить законные квартиры?
Вы понимаете, вообще, что происходит? Вы же хоть немного следите за новостями? Вы читали вчерашнюю речь Навального?
- Нет, не читал еще. Но давайте мы все-таки вернемся к моему вопросу…
- Непременно почитайте, Иван Михайлович. Потому что в ней сформулирован очень важный правовой принцип - приоритета содержания над формой. Навальный очень четко сказал, что будет действовать с соблюдением процессуальных норм, но четко понимая суть дела. И я, как вы отлично знаете, всегда четко соблюдаю правовые нормы. В отличие от вас и ваших начальников, которым я изредка читаю публичные лекции на эту тему. И это позор, когда «судья» областного суда во время процесса заявляет мне “ваши друзья по оппозиции”, а я вынужден ее возвращать в правовое русло, объясняя, что никаких “друзей по оппозиции” в процессе нет, а есть только стороны и необходимость четкого соблюдения процедуры. И судья вынуждена извиняться, но все равно продолжает грубо нарушать правовые нормы.
Потому что ведь проблема еще и в том, что вы все вопиюще безграмотны! Вот у вас, капитан полиции Иван Михайлович Гулов, четыре звездочки уже на погонах, вы, вроде бы, должны были получить юридическое образование, но не знаете простейших правовых норм и грубо нарушаете законы, вместо того, чтобы обеспечивать права граждан. Вы ссылаетесь на то, что “просто исполняете приказы”, но это глупая и незаконная ссылка. Потому что при получении незаконного приказа вы, вообще-то, обязаны написать рапорт об отказе его исполнять. Но вы не можете этого сделать - просто потому, что абсолютно безграмотны и поэтому тупо исполняете любую прихоть начальства, которое, в свою очередь, руководствуется не законом, а приказами чекистов и ПЖиВ…
- Виктор Владимирович, давайте все-таки аккуратнее!
- А что, Иван Михайлович, вас беспокоит? Я нашу беседу не пишу сегодня, как видите. Вы, надеюсь, тоже…
- Да.
- А если бы и писали, было бы даже лучше, потому что я не говорю ничего такого, что не говорил публично. Я ведь еще семь лет назад вашему Артемову объяснял суть происходящего. А суть предельно проста: она в том, что вы все служите вовсе не России, а преступному воровскому режиму. Вы же в курсе истории с Кипром?
- Угу.
- Ведь все происходило предельно открыто и цинично. Все признали, что миллиарды долларов хранились в офшорах и на тайных счетах. И все же видели, что именно эти украденные у российских граждан гигантские средства, спасали и спасают в первую очередь, не гнушаясь никаким средствами. Ведь это все видят и все понимают, что происходит на самом деле…
Короче, ладно, Иван Михайлович. Думаю, вы и сами все прекрасно понимаете. Разумеется, ни на какие идиотские и незаконные вопросы я отвечать не собираюсь. Спасибо вам за этот документ. Можете в своем отчете написать, что приходили к Корбу, но он, как обычно, отказался беседовать и подписывать, а наоборот, прочитал лекцию. И, да, про Ильину можете написать, что не застали ее или что она не захотела с вами разговаривать…
Выпускаю участкового из квартиры. Вижу, что он поднимается на второй этаж. Проносится мысль “странно, вроде бы, кроме нас, в нашем подъезде больше нет никого из его списка неблагонадежных”. Но быстро соображаю, что это он типа изображает готовность исполнить обязанности участкового и поговорить с нашими громкими молодыми соседями. Вряд ли он их застанет дома в такое время. Но порыв к проявлению законности и служебного рвения умиляет.
Через пять минут выхожу с граблями на свой любимый газон. Полчаса простой физической работы, хоть немного отвлекающей от нарастающего идиотизма…
Закончил с газоном. Собрал и отнес крупный мусор на помойку. Отметил, что контейнеры недавно все-таки очистили от мусора, который не вывозили недели две, но они уже почти заполнены, и мусор, накопившийся вокруг, в радиусе десяти метров, никто собирать и вывозить не планирует. Дворнику Андрюше, с которым у нас раньше были жестокии баталии из-за варварского вычесывания и вытаптывания наших газонов, сказал, что он может аккуратно почистить и програбить все газоны, кроме основного, под нашими восточными окнами. И чтобы не трогал оставленные там кучи листьев, которые нужны для сохранения кустика розы от майских заморозков и для восстановления просевшей почвы… Старшей по дому напомнил, что неплохо было бы заказать хотя бы машину почвы - для восстановления просевшего грунта после замены колодца. Обсудил с ней проблему восстановления разрушенных коммунальщиками ограждений вокруг газонов, которые я уже устал восстанавливать. Она мне пожаловалась на то, что кто-то в подъезде взял моду выставлять на площадку мусорный мешок, который “уже воняет на весь подъезд”. Взял этот мешок, погрузил в другой, отнес на помойку. Она продолжает жаловаться на УК, которая “только обещает, но ничего не делает, вот лампочки на замену сгоревшим раньше давали, а теперь не дают, обещают электрика, но не присылают…”. Взял запасную лампочку длительного пользования, взял стремянку, заменил сгоревшую лампочку в подъезде. Говорю: “Проведем эксперимент, сколько прослужит эта лампочка”. Закончил с текущей коммунальной мелочевкой
P.S. Пока махал граблями, вспомнил о своей старой идее, в русле общей стратегии альтернативной гражданской легитимности. В 2006 году я предлагал в рамках ОГФ попытаться организовать общероссийскую кампанию “Гражданский призыв” - как адекватный и симметричный ответ на официальную призывную кампанию. Сейчас эту идею вполне можно было бы актуализировать в новой обстановке. А именно: провести масштабную акцию по “Гражданской профилактике”: с составлением списков наиболее одиозных деятелей режима и их профилактикой в различных формах - посещений и бесед по месту жительства, рассылки писем с гражданскими предупреждениями и т.п. По-моему, весьма недурная акция прямого гражданского действия могла бы получиться…
Если в выборах КС сохранится пресловутая преемственность, то нет никаких шансов вырваться из круга нелегитимности российской оппозиции.
***
Во фразе «До чего довел страну старый фигляр ВВП!» вы о ком подумали, в первую очередь? А во вторую? Вот то-то и оно!
***
Френды-психотерапевты, я правильно понимаю, что избыточное употребление в речи глаголов, однокоренных с сосать — это явный признак неудовлетворенности и смежных комплексов?
Машину, набравшую ход, уже не остановить: «День солидарности с Лебедевым» — в день «суда» по упрощенной схеме в связи с признанием вины и активным сотрудничеством со следствием. Кафка отдыхает.
***
Пригласили в Москву на межрегиональную конференцию фонда «Либеральная миссия» и НИУ ВШЭ «Какая федерация нам нужна?». Моя тема — наверное, поеду
***
Столько развелось подражателей и последователей у Глеба Капустина, а нормально поговорить в режиме “срезал” и не с кем: пошлость и серость (
***
Березовский тоже ведь был заочно арестован, насколько я помню. Так что заочный арест Браудера — это не шуточки.
Нет, это, правда, уже какой-то долбаный стыд: власть ужесточает репрессии, а Навальный агитирует народ поддержать очередную… законодательную инициативу по самоограничению коррупционеров и чиновников
Алексей Навальный: «Вопрос риторический. Тем не менее. Если власть положила на подоконник острую палку, то почему бы не взять её и не начать тыкать ей по власть, гоняя её по комнате? Палка - не штык, но всё равно приятно. Короче, я предлагаю провести совместный эксперимент».
Ежики плакали, но продолжали иметь кактус.
Если Навального посадят, его риторические вопросы закончатся?
Кипрский кризис лишь сделал явным то, что ранее воспринималось как “экстремизм”: в России давно установлен махровый неоколониальный, компрадорский, оккупационный режим.
Пресловутая Realpolitik и двойные стандарты со стороны европейских лидеров обусловлены не только нефтегазовой зависимостью, но и прочнейшей компрадорской связкой, в которой чекистско-номенклатурная мафия путинского режима играет строго отведенную ей роль младшего партнера-управляющего.
Основную выгоду от паники, спровоцированной кипрским кризисом, получат, как всегда, крупнейшие финансовые и политические игроки: локальное финансовое “кровопускание” должно стимулировать более активное движение капиталов, а контроль кипрской финансовой системы, вероятнее всего, еще сильнее перераспределится в пользу российских управляющих и основных бенефециаров.
Без опережающей самоорганизации гражданского общества политические проблемы у путинского клана могут начаться лишь с резким ростом задолженности перед пенсионерами и бюджетниками. Но для этого нужны гораздо более масштабные и длительные финансовые и экономические кризисы.
Омский облсуд утвердил идиотское и беззаконное решение по “Делу о полицаях”: теперь их нельзя называть полицаями — лишь “гражданин начальник”
Раньше я мог называть полицаями лишь недобросовестных сотрудников полиции, теперь - всех. Омский облсуд разрешил: за одно дважды не судят.
Если отправляют в колонию девушек, танцевавших в ХХС и защищавшуюся от бандитов, разве я имел право сегодня выиграть “Дело о полицаях”? Нет!
Александра Лоткова, Борис Стомахин, Геннадий Строганов — реальные герои России. Все, кто безропотно терпит произвол и насилие, — овцы и рабы.
Произвол и беззаконие судебной и правоохранительной систем в России не нуждаются в новых доказательствах. Вопрос, долго ли будем терпеть?..
Ключевой фактор, который следует учитывать при анализе проблем в отношениях религии, общества и государства, - это специфический для России фактор сверхдоминирования государства. Сверхдоминирования вплоть до сакрализации этой роли. В противовес европейскому типу - значительно меньшему доминированию и современному представлению о государстве как сервисном, вторичном, обслуживающем отношения людей, групп, сообществ, - этот тип сверхдоминирования государства еще называют “азиатским”. Но Россия явила миру еще более резкое выражение этого фактора. XX век фактически продемонстрировал уникальный феномен: когда общество было выращено самим государством!
Не буду тратить время на детализацию этого тезиса, поскольку это отдельная серьезная сфера для анализа, но это почти очевидно: у нас общество как самостоятельный институт, образованный из хотя бы относительно самостоятельных людей, практически отсутствует. Недаром у нас такой рефрен “есть ли у нас общество?”, “есть ли у нас гражданское общество?”, “а появилось оно уже или нет?” И в тех же блогах я, например, вынужден этот пессимизм по поводу отсутствия общества постоянно преодолевать: “Да нет, есть граждане! Пока есть граждане, пока они хоть как-то друг с другом взаимодействуют, пока они хоть какие-то конструкции сообщества, выражения интересов и их защиты реализуют, можно говорить о наличии гражданского общества”. Но факт налицо: роль общества в российской схеме общественно-государственных отношений вторична, резко принижена по отношению к государству. Государственная машина сохранилась как сакральная, практически не рефлексируемая, некритикуемая. Более того, в последние годы эта тенденция усиливается, государственная машина, при всей ее бездушности – это, действительно, машина, – и она ведет себя как субъект, перешедший в наступление против общества.
Роль общества в российской схеме общественно-государственных отношений вторична, резко принижена по отношению к государству. Государственная машина сохранилась как сакральная, практически нерефлексируемая, некритикуемая, агрессивная по отношению к людям и обществу.
Исходя из этого, что мы видим? Какую позицию могла бы занимать церковь. Давайте я буду термин “церковь” для простоты использовать, опуская имеющиеся конфессиональные различия. Надеюсь, меня простят представители других конфессий. Вот эта условная церковь, которая тоже была гонима, - здесь об этом говорили, - занимала такую сложную позицию, двойственную, когда произошла ситуация обострения, некоего возможного освобождения общества. Открыта возможность для осознания, саморазвития и т.д. Какую позицию церковь заняла в этой ситуации? Действительно, полтора-два десятилетия церковь принимала эту легкость отношений, то, что здесь звучало уже. Но в тот момент, когда произошло наступление государственной машины, церковь заняла, на мой взгляд, неудачную позицию.
Когда произошло наступление государственной машины, церковь могла быть с обществом. Или быть самостоятельным субъектом, занимая позицию арбитра. Но церковь заняла унизительную позицию сращивания с государством!
Церковь могла быть с обществом. Или быть самостоятельным субъектом, занимая позицию арбитра. В современном обществе это могла быть наиболее сильная позиция, когда даже слово одного человека – условного Далай-Ламы – влияет на представления, на мнения, на поведения десятков миллионов людей, это очень, скажу с профессиональной точки зрения, выгодная позиция, - но нет, церковь эту позицию не заняла. Быть с обществом, быть вместе с гонимым обществом, защищаться вместе – нет, эту позицию церковь тоже не заняла. Церковь заняла позицию сращивания с государством! Унизительную позицию, вторичную. Позицию, противоречащую собственным декларациям тысячелетним. Противоречащую Конституции. Вынуждающую совершать массу “грехов”: грех лжи очевидный, когда мы, например, строим Успенский собор не на пожертвования, как об этом много лет говорим, а за государственный счет – я только один пример из огромного ряда привел для иллюстрации. Когда мы используем имущество общенародное фактически как свое, а на любые поползновения общества в этой части реагируем крайне агрессивно. Я уже не говорю о грехах стяжательства, гордыни и наиболее ярко последнее время проявившейся немилосердности. Что вообще говоря, абсолютно логично вытекает из этого основного выбора: церковь, ставшая на сторону государства, вынуждена так себя вести, просто вынуждена.
Поскольку государство у нас основано на лжи, в итоге и церковь втягивается и вынуждена жить по лжи.
Пока это не будет осознано и церковью, и обществом, и наиболее здравомыслящими и ответственными чиновниками, теми, кто не растворился еще в этой бездушной государственной машине, пока эта ситуация не будет осознана, и пока церковь не оторвется от государства и либо не перейдет на сторону общества, либо не займет роль арбитра, - до тех пор эта ситуация будет только ухудшаться и, уж извините меня за пророчество, церковь погибнет вместе с таким государством. Потому что такое государство – бездушное, бесчеловечное и агрессивное по отношению к собственному народу и гражданам – долго существовать в современном мире не может.
Если церковь не оторвется от государства и либо не перейдет на сторону общества, либо не займет роль арбитра, ситуация будет ухудшаться и церковь погибнет вместе с государством. Потому что такое государство – бездушное, бесчеловечное и агрессивное по отношению к собственному народу и гражданам – долго существовать в современном мире не может.
В этом смысле, диалог возможен и необходим, но диалог возможен только между хотя бы относительно свободными субъектами. И не с позиции силы или с позиции лжи.
Нашистов - по образу жизни, а не по формально-политическим признакам - пока гораздо больше, чем людей, способных ценить свободу. Впрочем, их было больше всегда и будет еще долго. Но надо ясно понимать, что их сила - исключительно в нашей растерянности и разобщенности. И, наоборот, даже при стократном численном превосходстве зомбированная нашистская масса уступает сплоченному и целеустремленному движению людей, отстаивающих базовые ценности - жизнь и свободу.
Нашизму корпоративному и тотальному мы должны противопоставить “нашизм человеческий”, который по сути является антинашизмом, то есть, осмысленным объединением людей против самых мерзких, самых жестоких и самых опасных проявлений агрессивной античеловеческой системы. Подчеркну: речь идет вовсе не о пошлом “союзе всех хороших людей против всех плохих”, а именно о единении людей против бесчеловечного, бездушного, несущего смертельную угрозу.
Заветы Нимеллера при всей их очевидности не работали раньше и не работают теперь. Особенно в ситуации резкого понижения порога чувствительности к угрозам. Что говорить о сложных конструкциях, обосновывающих важность единства людей с разными идеологическими представлениями, если множатся и становятся обычными примеры смиренного принесения в жертву соратников по движению гражданского сопротивления.
Еще не поздно остановиться. Соотношение числа заложников, томящихся в застенках режима, и их товарищей, остающихся на свободе, еще в нашу пользу: на каждого узника совести или политзаключенного приходится не менее десяти тысяч соратников на воле. А значит, даже минимальной мобилизации ресурсов вполне хватило бы для резкого изменения ситуации. Грубо говоря, достаточно каждому свободолюбивому человеку, пока еще находящемуся на воле, внести скромные 100 рублей в Фонд гражданской самозащиты - и можно будет для каждого из сидельцев обеспечить уровень информационного и адвокатского сопровождения, не уступающий резонансной поддержке Pussy Riot. Но этого не происходит - правозащитники и политики продолжают бессмысленные и деструктивные споры о “критериях отнесения к политзекам”, а большинство “рядовых” узников месяцами и годами остаются фактически один на один с пыточной системой российского гулага.
Можно ли переломить эту жуткую тенденцию? Что нужно для успеха в деле защиты жизни и свободы? Как остановить и повернуть вспять процесс пропадания поодиночке? Да, все правильно - нужно “взяться за руки”. Но не абстрактно, а решительными практическими действиями: так, как если бы речь шла о необходимости срочной помощи самым близким людям - родителям, детям, супругам… А для этого надо осознать то, что общность с людьми, отстаивающими человечность, жизнь и свободу, - во многом даже более значима, чем формальные родственные связи. Надо осознать, что помогая облегчить нахождение за решеткой или вызволить из застенков незнакомых Стомахина, Осипову или Акименкова, вы помогаете самим себе: ослабляя бандитский режим, вы повышаете собственную безопасность. И, наоборот, отказывая политзекам или узникам совести в поддержке, вы укрепляете бесчеловечный режим, провоцируя его на эскалацию полицейщины и произвола. Причем, абсолютно неважно, чем обосновывается этот отказ - идеологическими разногласиями, собственными проблемами или любыми другими поводами, - по сути он становится прямым актом соучастия в насилии.
Лозунг “Свободу всем политзаключенным!” должен, наконец, реально стать одним из основных лозунгов, объединяющих все разрозненные силы гражданской оппозиции путинскому режиму. Он должен стать неотъемлемым компонентом всех протестных акций, независимо от их формы и целей. Причем нужно жестко выдерживать смысловой акцент центральной части лозунга, давая ясно понять и нашему противнику (а точнее - жестокому врагу в противостоянии не на жизнь, а на смерть), и, еще важнее, самим себе, что главное в этом лозунге - именно удержание целостности единого фронта общегражданского сопротивления.
Важное разъяснение в связи с распространенной позицией “сталинофобии”.
1. Сталин и сталинизм должны были быть подвергнуты международному суду по обвинениям в преступлениях перед человечностью и массовый геноцид. То, что этот суд не был проведен в XX-м веке, является яркой иллюстрацией пресловутой RealPolitik, двойных стандартов и т.п. Такой суд еще может быть организован, и никто не мешает это сделать при наличии достаточной воли, общественного авторитета и организаторских ресурсов. Но надо понимать, что фактически Сталин уже давно перешел в разряд “исторических субъектов”.
2. Невозможно, а потому не стоит и пытаться подменить процесс естественного формирования исторических мифов административными политико-правовыми мерами. Бороться с мифами можно и нужно лишь в открытых научных и общественных дискуссиях. Ни при каких обстоятельствах недопустимо накладывать табу на общественные дискуссии по актуальным вопросам, какими бы болезненными и оскорбительными они ни казались отдельным людям и группам. Это относится и геноциду армян, и к холокосту, и к голодомору, и к сталинизму, и др. Свобода мнений и дискуссий - это безусловный и важнейший приоритет.
3. Попытки табуирования тем, названий, символов и т.п. - это проявление иррационального, природного начала, противоречащее человеческому в человеке. Свободный и ответственный человек не может позволять себе фобий в отношении звезд, свастики, слов Сталин, Сталинград, фашизм, либерализм, педофилия и т.п. Отказ от спокойного и содержательного обсуждения, подмена его произнесением мантр - признак слабости и неуправляемых фобий. Неумение управлять фобиями делает человека агрессивно-послушным, подверженным внешнему манипулированию.
В связи с очередным обострением моральной темы, поводом для чего послужило уголовное преследование Ольги Романовой за “оскорбление сотрудника при исполнении”, считаю необходимым напомнить важное.
Когда речь идет о жесточайшем противостоянии людей с бездушной, античеловеческой системой, действует принцип “ни эллина, ни иудея”. То бишь, нет никаких женщин и стариков, если сутью является борьба с невынужденным коллаборационизм или активным пособничеством репрессивному режиму. Полицейские, нарушающие Закон и слепо исполняющие заведомо незаконные приказы начальства или бандитов, - это настоящие полицаи, и относиться к ним надо как к полицаям, независимо от пола, возраста, красоты, доброты и прочих вторичных признаков.
А все, кто начинает демагогические и фарисейские причитания о морали, оправдывая бандитов или их тупых прислужников, озверевших от крови и выхватывающих все новых и новых заложников и жертв Молоху путинского режима, - все эти “относительно приличные люди, живущие применительно к подлости,” сами уже мало отличаются от явных подлецов. А во многом представляют и большую опасность, поскольку мимикрируют под друзей, работая по факту на стороне безусловного зла.
Да, КМПВ и восстановим полноценные, а не бутафорские институты правового регулирования, разумеется, отвечать за грубость и хамство кому-то придется. Но ни в коем случае нельзя допустить уголовного преследования за слово, какое бы оно ни было оскорбительным или “экстремистским”. За любые реальные или кажущиеся обиды, оскорбления и иные формы ущерба, причиненного словом, ответственность может наступать лишь по решению справедливого независимого суда в рамках гражданского производства.
Причитать о морали в условиях полностью разрушенных общественно-государственных институтов, да еще и выступая на стороне бандитов, могут либо клинические идиоты, либо моральные уроды, либо враги. Нормальному человеку в здравом уме не придет же в голову требовать морального отношения к нападающему на человека волку или медведю? Можно назвать нормальным человека, который требует соблюдать моральные нормы по отношению к… смерчу или наводнению? Нет. Если кто-то еще ведется на внешние “человеческие” признаки служителей зла, это должно быть его личными проблемами, но не должно ослаблять тех, кто решительно и последовательно этому злу противостоит.
Виктор Корб - гуманитарный технолог
