Виктор Корб

Чекистский режим не ограничивается репрессиями против диссидентов, но и портит жизнь их родным и близким. Запрет на профессии — это уже отработанная и массовая практика.

Если Навальный будет строить настоящую российскую «Солидарность» — как широчайшее общегражданское движение сопротивления диктатуре, — это достойно всяческой поддержки. Если же он решил просто сделать «левый разворот», пытаясь переиграть власть на поле социальных подачек и уступок, то это столь же рискованно или даже бессмысленно, как и аналогичные попытки на поле патриотизма.

UPD: прочитал прилетевшее мне на почту обращение от Алексея с призывом бороться за… повышение зарплат бюджетникам. Ещё раз, русским по белому: не за ликвидацию мафиозно-рабской системы, не за свободу граждан во всех сферах жизни, а за увеличение подачек рабам с барского стола. Я понимаю, конечно, что у Алексея по-прежнему в приоритете — электорально-политические цели, которых он надеется добиться простыми популистскими способами. Но всё это выглядит уже какой-то инфернальной пародией на гражданскую политику

***

Хотите, чтобы было как в России?

Закон Клишаса будет столь же действенным, как и обязательная регистрация блогеров и ещё туева хуча идиотских законов. Каковые, однако, все в куче поддерживают незыблемость системы узаконенного произвола в России.

Например, уже сейчас за участие в деятельности «нежелательных организаций» или за «содействие терроризму» реально можно привлекать к уголовной ответственности любого человека. Причем, не обязательно гражданина РФ, а именно любого. И не просто привлекать, а сажать в гулаг на годы или ломать жизнь иными, весьма разнообразными и изощренными способами…

Это всё суровая российская реальность, которую в упор продолжают пытаться игнорировать как внутренние «либералы применительно к подлости», так и их зарубежные коллеги, пытающиеся сдержать или усовестить агрессивного зверя. Или привычно руководствующиеся «практическими интересами» и двойными стандартами в правовой и этической сферах.

***

Говорят, Роскомпозору дано жёсткое указание в 2019 году «решить проблему с Телеграмом». Как думаете, справится он с этой задачей или надорвётся?

Механизм санкций должен быть предельно простым: выступаешь публично в поддержку аннексии Крыма — трудись и воруй в России, отдыхай в Турции или в Таиланде, но никаких тебе форумов в Давосах, курортов в Куршевелях, театров в Венах и распродаж в Парижах.

И не надо никаких сложных законов — просто не давать новых виз и аннулировать ранее выданные — по очевидным соображениям общественной безопасности и санитарно-эпидемиологического контроля…

Друзья, френды, коллеги, товарищи, подписчики, читатели и прочие братья и сестры! Настоящим уведомляю, что все ваши поздравления и пожелания мой биоробот исправно получает и даже старается отвечать хотя бы смайликом или лайком. А я напоминаю, что мне чужды любые формы нумерологии и я не отмечаю день появления на свет моего биоробота и не поздравляю с этим формальным поводом других, чтобы не девальвировать этот значимый коммуникационный ритуал, приберегая его для более важных содержательных поводов — в виде реальных достижений в жизни, в творчестве, в борьбе за свободу…

Как всегда, без обид

Комментарии

Вы будете смеяться и ни за что не поверите, но дело по иску Виктора Корба к Райффайзенбанку будет рассматривать небезызвестный «судья» Цветков, фигурант персонального списка проекта «Люстрация России».

**

Замечательный вариант расшифровки термина DNS узнал: Do Not Suck!

***

Адресные санкции не работают: фигуранты лишь богатеют, обдирая сограждан, режим лишь буреет…

***

Что вы можете сказать в своё оправданье?

Флешмоб унизительных петиций за списание долгов, несмотря на очевидную пошлость и заведомую нереализуемость, всё же представляет известную ценность тем, что актуализирует важные темы «равноправия» граждан и регионов, а также «несправедливости» социально-экономического и политического устройства путинской России в целом.

При правильной подаче этот сюжет вполне мог бы стать триггером заметной протестной волны…

К делу о досрочном освобождении политзека Бориса Стомахина подключилась известный адвокат, сотрудничающая с «Агорой» Светлана Сидоркина. Шансы на то, что в системе узаконенного произвола удастся добиться уменьшения срока хотя бы на пару-тройку месяцев, невелики, но попытаться стоит. К тому же дополнительное медийное и правозащитное внимание к этому сюжету должно повысить безопасность одного из самых неудобных критиков путинского режима в оставшиеся до выхода на свободу месяцы.

Если бы цивилизованное человечество было по-настоящему озабочено проблемой утилизации бытовых отходов, оно давно бы уже изобрело и внедрило технологию, не требующую его транспортировки и складирования. Тем более, что почти все частичные решения для этого уже есть…

Впрочем, почти то же можно сказать и о многих других проблемах. Их решение лежит не в технологической сфере.

Российская редакция Евроньюс уже мало отличается от России-24 или Раши тудей. Сегодня бойкая Марика Димитриади сделала «обзор» соцсетей по теме украинских моряков, захваченных в Керченском проливе, собрав кучу ёрнических и откровенно пропагандистских комментариев, высмеивающих их статус военнопленных.

***

***

Первый раз подлоохранители пришли к нам домой за день до дня рождения моей жены. Один из вызовов на допрос точно попал на день рождения моего сына. Последняя из полученных мной двадцати одной повестки приглашает меня явиться к следователю Первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления СКР по Омской области накануне дня рождения моего собственного биоробота… И конца этому пока не видно.

Фейсбук

Чтобы добавить во френды Олега Кашина, освободил место, а он не отвечает на запрос %(

UPD: ответил

Комментарии

Аргументы вроде «если в Магнитогорске был теракт, то примчавшийся туда Путин подвергал свою жизнь реальной угрозе», не выдерживают никакой критики, поскольку игнорируют очевидный факт: совершение теракта в жилом доме и совершение теракта против президента России — это абсолютно разные задачи, не сравнимые по сложности.

***

Никогда ещё подача иска в российский «суд» не была столь увлекательным и необременительным действом! Ещё бы и результат был

Хорошо кронированое дерево красиво смотрится с любого ракурса, в любое время года и при любой погоде.

#tree #winter #sun #snow @ Газон Корба

Смотрите. Завидуйте. Он кот семьи Корба

#cats #home #family

У меня сегодня крутая логистика: за одну поездку выбрался в Беднотаун и забрал у Дамира коробок и футболку с летовским мерчем, а потом заскочил к следователю СКР и забрал у него последние вещи из тех, что его коллега изъял у нашей семьи в ходе бандитского обыска 18 мая 2018 года.

Как же это круто получить в подарок от Художника работу прямо из его рук!

#ВсёЛетитПоПлану #art #omsk

Руки Дамира Муратова

И сразу устроил фотосессию с подарками от Дамира Завидуйте!

#ВсёЛетитПоПлану #home #letov #muratov

Корб в футболке от Муратова

У Фейсбука даже радужный флаг — сверхтолерантный: не из шести и не из семи, а из восьми полосок!

Подготовил и отправил следователю ходатайство, в котором предложил ему разрешить мне покинуть Омск для участия в очной презентации и защите проекта «Наше имя — Летов!» Учитывая высокую общественную значимость этого проекта, разумеется

Полный текст опубликую вместе с ответом…

#ВсёЛетитПоПлану

Прокуратура РФ — более мерзкая вещь даже в сравнении с СКР, потому что является главным стражем системы узаконенного произвола.

Восьмидесятитрехлетняя мама к сыну пришла, и сказала мама:

— А у меня интернет пропал!

— Подожди, — отвечаю, — я сильно занят, чуть позже посмотрю.

Ушла. Я через пять минут, закончив срочные дела, прихожу в её комнату и вижу, что она спокойно рубится в свою любимую «Русскую рыбалку» онлайн. Значит, всё в порядке с интернетом.

— Что такое, — спрашиваю, — что ты сделала?

— А я сама починила!

— Как???

— Ну, там было окошко, в котором описаны проблемы и написано, что можно сделать, — я так и сделала, как там написано…

Вот, вырастили готового сисадмина практически!

Круг семьи не лучше круга друзей! Только щёлкнешь клювом — глядь, а великолепного, жёлтенького, тверденького, чуть подсохшего кусочка сыра, оставшегося с Нового года и прибережённого специально для вечернего кофе, уже нет как нет!

Друзья, знакомые и френды в соцсетях всё реже интересуются: «Как там с твоим делом, и чем мы можем помочь?». Речь, как вы понимаете, о деле «ФСБ против Виктора Корба», или «деле правозащитника-террориста», вызвавшем заметный резонанс в мае–июне 2018 года, а сейчас уже изрядно подзабытом.

Все опубликованные материалы по этому делу можно посмотреть по ссылкам из карточки на сайте «Омск Правозащитный» (правда, там очень много документов еще не выложено, т.к. некому этим заниматься). А вкратце ситуация на сегодня такова (кто хочет лишь быстро узнать, как помочь, проматывайте в конец поста):

Дело по-прежнему находится в стадии т.н. предварительного следствия, несмотря на то, что все разумные и предусмотренные УПК РФ сроки для этого давно прошли. В ответ на мою жалобу в генпрокуратуру об этом я получил отписку, в которой омский зампрокурора привычно не обнаружил нарушений законности и цинично соврал, что якобы меня уведомляли о продлении сроков. Так или иначе, сейчас этот срок вновь продлен — теперь «на 01 месяц 00 суток, а всего до 09 месяцев 00 суток, то есть до 16.02.2019».

Я по-прежнему нахожусь в статусе подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 205.2 (как якобы человек, публично оправдывающий и пропагандирующий терроризм). К исходному «преступному составу» в виде публикации на сайте «Патриофил» цитаты из последнего слова Бориса Стомахина на процессе по его третьему делу следователь ожидаемо (поскольку это уже было в разработках ФСБ и заказных экспертизах 2017 года) добавил и абсолютно анекдотический пункт о дискуссионном искусствоведческом материале «Убей его! или Три поэта» (надо ли уточнять, что услужливые эксперты вновь обнаружили в этих выдернутых из контекста материалах туеву хучу всякого экстремизма, разжигания, пропаганды и т.п.).

Виктор Корб по-прежнему находится в пресловутом «Списке террористов». С помощью коллег из ПЦ «Мемориал» это решение оспаривается в московских «судах» с перспективой ЕСПЧ. А пока у меня по-прежнему заблокированы все счета в банках и аккаунты в электронных платежных сервисах, и я не могу получить даже гонорары за публикации в СМИ, перечисленные в Райффайзенбанк. И, да, аккаунт моей дочери, который PayPal заблокировал абсолютно беспредельно, тоже до сих пор не разблокировал, хотя обещал это сделать через 180 дней (точнее, обещал по истечение этого срока выдать внаглую присвоенные чужие деньги, но и это обещание не выполнил).

Я по-прежнему нахожусь под т.н. подпиской о невыезде: никакой подписки я, разумеется, не давал и не даю, но постановления об избрании меры пресечения в виде запрета покидать Омск следователь издает каждые десять дней, начиная с 20 мая 2018 года (отменяя предыдущие — т.к. это предельный срок, установленный УПК РФ для этой меры в отношении подозреваемого). Таким образом, таких документов (комплектов из нескольких листов, включая фиктивные повестки о вызове на допрос, которые по факту не производятся) у меня скопилось уже более 24.

Я по-прежнему защищаю себя самостоятельно. Никакого «комитета защиты Корба» никто не создал. Первые четыре с небольшим месяца мне помогал адвокат, рекомендованный коллегами из «Руси сидящей» под финансовые гарантии фонда Льва Пономарева. При его содействии мы немного потроллили подлоохранителей, инициировав три жалобы на нарушение законности и прав при проведении предварительного следствия (о действиях в ходе обыска, о его назначении и по самому факту возбуждения заведомо незаконного и необоснованного уголовного дела). Разумеется, все жалобы оставлены без удовлетворения в двух инстанциях. Обращаться по таким «пустякам» в ЕСПЧ мне не рекомендовали. Хорошие судебные перспективы могли бы иметь иски против PayPal и Райффайзенбанка (за незаконную блокировку и присвоение чужих средств), но для этого тоже требуются серьезные ресурсы, которых у меня нет.

Пока мне удаётся не быть обреченной жертвой, вынужденной все ресурсы и жизненные силы тратить исключительно на изнурительное противостояние бездушной машине произвола. В полной мере план альтернативной игры я не реализовал (призыв к сотрудничеству остался гласом вопиющего в пустыне), но кое-что таки сделать удалось. Причем не только в сфере, непосредственно связанной с этим делом (а правозащитный кейс «ФСБ против Корба» получается весьма насыщенный и показательный), но и в других, имеющих отношение к моим основным интересам. Я выполнил обещание сделать серию работ в жанре судебных зарисовок, умудряясь делать портреты и автопортреты в кабинетах следователей СКР и в «судах». По минимуму продолжал заниматься новостной журналистикой,  публицистикой и рыночной аналитикой. Тряхнул стариной и почувствовал себя настоящим художником, приняв участие в выставке совриска «Синтетика». И запустил крутейшую медийную кампанию 2018 года «Наше имя — Летов!» aka Letov International Airport.

В целом мне оказали уже весьма значительную помощь. (Борис Стомахин даже по-дружески позавидовал мне, отметив, что такой объем и уровень публичной поддержки говорит о якобы моем более высоком общественном статусе в сравнении с ним — что, разумеется, неправда). Кроме уже упомянутых здесь форм поддержки, напомню также о ряде заявлений российских и международных правозащитных организаций и общественных деятелей (см. карточку дела), о небольшом гранте фонда Рори Пека и о добровольных пожертвованиях людей, откликнувшихся на призыв Плющева и Бабченко оказать помощь моей семье, оказавшейся в трудной ситуации (с запозданием выражаю огромную признательность всем — и тем, кто небольшими взносами помог быстро собрать около 150 тыр, и тем, кто поделился с нами подержанной техникой)…

Когда и если предварительное следствие будет окончено, мне будет предъявлено обвинение, а дело поступит в прокуратуру и в «суд», появится необходимость и в адвокатской поддержке, и в заказе независимых экспертиз, и в дополнительных средствах на эти и другие меры защиты. А пока — о наиболее актуальном:

Как ещё можно помочь?

Если серьезно и предельно рационально, то едва ли не единственная возможность уменьшить вероятность реализации негативного сценария в деле «ФСБ против Виктора Корба» — это использование ресурсов СПЧ для прекращения уголовного дела и уголовного преследования до завершения предварительного следствия и передачи дела в «суд». Этого еще вполне можно достичь прямыми обращениями влиятельных членов СПЧ (и/или его руководителей) к руководству СКР и Генпрокуратуры, сопровождаемыми медийной поддержкой в виде их личных заявлений и/или продвижения этого инфоповода в СМИ. Подробнее см. в краткой пояснительной записке и в образцах писем, которые мне помогли подготовить коллеги.