Виктор Корб

Краудфандинг оказался успешным — зарегистрировался как участник #luxembourgartprize, представив три разноплановые работы, по принципу «Главное не победа, а участие»

Огромное спасибо всем моим спонсорам и доброжелателям!

Удачи нам во всех добрых делах!

Волков мне далеко не друг, он делал много глупостей, говорил много гадостей и даже меня забанил в Твиттере, но он настоящий политзаключённый и даже вполне себе узник совести.

Свободу Леониду Волкову и всем политзаключённым!

Волков мне далеко не друг, он делал много глупостей, говорил много гадостей и даже меня забанил в Твиттере, но он настоящий политзаключённый и даже вполне себе узник совести. Свободу Леониду Волкову и всем политзаключённым!

Телеграм.

Если до 30.05.2019 мне удастся собрать €60 для оплаты регистрационного взноса, я подам заявку на участие в европейском конкурсе для малоизвестных художников Luxembourg Art Prize.

Буду признателен всем, кто сделает добровольный взнос любого размера по реквизитам на страничке «Спасибо!».

P.S. Уверен, все понимают, что главная цель этого обращения состоит не в самом сборе суммы, а в получении мотивирующего сигнала для скромного художника от его доверительной аудитории

HELP! Подскажите кто знает, можно ли научить/заставить Хром не жрать от 50% до 90% ресурсов ноута под Win10 на пару с самой ОС?

Обсуждение проблемы в Фейсбуке.

Суровая правда — в том, что на серьёзную работу по ослаблению путинского режима изнутри условный Запад средств почти не выделяет, не считая весьма скромных грантов на давно утратившие смысл локальные проекты формата «мониторинга мерзости». Значит остаётся рассчитывать лишь на собственные силы и ресурсы, в первую очередь — консолидацию гражданского актива, мудрых бизнесменов и моральных лидеров…

Фейсбук.

Российские подлоохранители продолжают изощрённо издеваться над публицистом-политзеком Борисом Стомахинам.

Сначала балашовская «судья» не стала проводить заседание по делу о сокращении срока в связи с «либерализацией» 282 статьи, назначенное на 24 апреля, потому что решила, что официальное уведомление пзк о нём, сделанное вертухаями 10 апреля, было не за 14 положенных по УПК дней, а позже (да, считать они тоже не умеют!). А теперь просто взяла и перенесла его на месяц, на 28 мая, 16:00, потому что ей, видите ли, нужно отдохнуть и съездить в отпуск.

Отсутствие полноценной поддержки со стороны гражданского общества, СМИ и правозащитников позволяет системе буквально медленно убивать своих радикальных оппонентов

Сделал небольшую зарядку. Хотел ещё успеть позавтракать перед поездкой, но кафешка работает лишь с десяти, а нам в пол-одиннадцатого уже надо быть на месте, в Юстинишках. Хотел обойтись круассаном, но Таня уговорила прогуляться и найти другое кафе… Попил кофею с какой-то мини-шаурмой (кусочки куриного мяса с овощами в тесте, обжаренном во фритюре) за 2,5 евро. Пока ждал ММ, решал сложную задачу: сколько денег с собой брать, чтобы не оставлять бешеные тыщи в номере. Таня советует «по пути зайти в банк, с собой взять 500 — остальное на карту». А я отвечаю, что «положить наличные на счёт в чужом банке — это не то же самое, что купить кофе в павильоне. Тем более, что и с покупкой кофе у меня таки некоторые проблемы возникли». Я вчера, кстати, уже проверил свои основные карточки через первый попавшийся банкомат на углу Пилимо и Гедеминаса в тайной надежде на то, что смогу скормить ему купюры, но у него такой опции не оказалось.

Таня закидала меня советами по покупке белья, а я ей: «Та-неч-каааа! Мне до постельного белья ещё дожить надо. Тем более, что я вполне могу переночевать и на полу или на тахте. К тому же у меня еще 2,5 суток в гостинице оплаченных».

Съездили на улицу Тайкос. Посмотрели. Квартира — в точности как на фотках в объявлении, кроме велосипеда, который так приглянулся Тане. Окна — в пол, без штор и жалюзи. Минимализм в икеевском стиле плюс большой комод под старину. Кроме Интернета и постельных принадлежностей, придётся приобретать посуду для готовки и… всё остальное, что мы сможем себе позволить. Есть шикарная электроплита, холодильник, стиралка, телевизор и минимум мебели. Остановка автобуса — в пяти, торговый центр — в десяти минутах. Дом, правда, окнами выходит на окружную дорогу, но при плотно закрытых окнах шума вообще не слышно.

Почти успокоился. И даже обрадовался. Правда, пока ещё не подписал договор, не отдал деньги и не получил ключи. Так что неопределённость некоторая сохраняется.

Договорились с агентом в десять часов встретиться для подписания договора. Так поздно, потому что хозяин раньше не сможет выбраться.

Таня пишет: «Баба собралась тебе варенье и грибы отправлять, я ее еле затормозила». А им же обеим ещё визы надо делать. И понять, где их лучше заказывать — в Омске или в Москве. Решили, что лучше в Москве, чтобы поменьше огласки. И тогда уже через месяц она могла бы приехать сюда… Не могу пока в это поверить!

Таня ещё переживает, что надо как-то решить с её работой, планирует создать задел, для этого поработать в выходныые. А я ей возражаю, что пара-тройка дней в дороге же ничего не решают, а работать она сможет и отсюда, ведь у неё полная удалёнка — неважно, из Омска или из Вильнюса.

Мобильный интернет в браузере не работает, а на квартире его смогут подключить только через несколько дней. Как я смогу протянуть без нормального интернета?.. Попробовал работать на ноуте с доступом в Интернет через мобильный доступ на телефоне — вроде бы, получилось нормально. Значит могу чувствовать себя более-менее в те дни, пока будем оформлять кабельное подключение на квартире. Придётся, правда, отказаться полностью от просмотра больших порнофильмов, но надеюсь, это я смогу пережить (шутка).

Между делом оформил передачу коллеге ДЧ домена HUMONEY.ru. Дима Ч. домен принял — одной заботой меньше.

Увидел, что Быков чуть ли не при смерти! Я всегда считал, что Быков — мой ровесник, а он на три года младше!

Я уже третий день здесь, а до сих пор состояние — какое-то транзитно-чемоданное, с потерянным ощущением нормального ритма жизни. Сходил пообедать в то же домашнее кафе.

Диалог с Татьяной:

— С одной стороны, я уже как-то прожил аж два месяца без тебя (вообще не понимаю, как это я смог). С другой — ещё целый месяц нужно как-то прожить, то есть всего получится три. И это какой-то кошмарас!
— Шутишь, значит, будешь жить. Ты просто поставь задачи, которые должен решить к моему приезду.
— Никаких шуток. Даже яркое апрельское солнце и дружелюбные люди не помогают. Но хорошо, попробую.
— И представляй, что я опять легла, не предупредив, и дрыхну в соседней комнате.
— Хорошо. Ты молодчина. А я размазня.
— Ты выбит из колеи. К тому же столько лет не мог найти адекватную работу. Все получится. Пойду посуду загружу, забыла совсем
— Конечно… А посудомойки нет на той квартире. И микроволновки тоже.
— Ну, тебе посудомойка одному особо не нужна. А микроволновку со временем можно купить.
— Мне нужна ты. А больше не нужно ничего.
— Ты и себе, и мне душу рвешь. Я изо всех сил пытаюсь держаться и не плакать.
— Я тоже изо всех сил пытаюсь. Но ты, пожалуйста, не обижайся на меня и не плачь сама.
— Я не обижаюсь, но плачу.
— Боюсь, сейчас хозяин заартачится и откажет в квартире… Это кроме всех остальных фобий, которые сплелись в жуткий клубок в голове, от которого невозможно отвязаться.
— Ну и что? Это не последняя квартира в городе. Забей.

Огромным усилием воли заставил себя выбраться на улицу, сходить в магазин. Взял винегрет, фруктовый йогурт и полубагет нарезанный — всего на 2,33 евро aka 168 руб. По совету Тани (она как бывший «настоящий инженер» всегда спасает меня в проблемах, требующих соответствующей квалификации) заменил отсутствующую ложку двумя карандашами, приспособив их как китайские палочки… А уже когда поел, обнаружил на дне пластикового контейнера прикреплённую пластиковую вилку и ложку!

Таня права: мне надо просто больше работать. Просто писать колонки, делать посты, готовить концепты, рисовать и т.п.

И я конечно не пропаду, потому что кроме любимого человека у меня ещё есть очень хорошие друзья. Их немного, но они хорошие.

На подписание договора поехали к назначенному времени. Хозяин оказался большим, в потолок, молодым литовцем, плохо говорящим по-русски. Впрочем, от него это и не требовалось.

Договор подписал, 760 евро отдал (за месяц вперёд плюс месячный залог), сумку с вещами отвёз и оставил в квартире. Ключи получил, вернулся в гостиницу — завтра ещё поживу там… ММ ещё какие-то вещи (спальные, похоже) и посуду передал («на первое время — потом вернуть»).

Новые страхи: а) коммуналка может вылететь в копеечку, учитывая электроплиту и пр., но точно её величина станет известна лишь через месяц, когда хозяин приедет снимать показания и получать плату за следующий месяц. Коммуналку платим хозяину, а он по договору обязан рассчитываться с поставщиками услуг.

Хозяину сказал, что очень надеюсь, что при следующих расчётах с ним уже будет участвовать моя вторая половина, которая пока в Омске.

Про подключение интернета ММ попробует завтра узнать, но если они откажутся заключать договор на лицо без статуса, тогда он заключит на себя, но только после возвращения из их мини-отпуска…

Уснул почти моментально.

Друзья, добрый день.

Обращаюсь к вам по просьбе Бориса Стомахина и его друзей, занимающихся изданием новой книги его произведений.

Для успешной реализации этого проекта не хватает, по их оценкам, около 200-300 евро. Если удастся быстро собрать недостающую сумму, то получится сделать очень важный подарок — и самому Борису, и его сторонникам, и всем защитникам свободы слова.

Как всегда, буду признателен за любой, даже самый скромный взнос — в любой удобной для вас валюте и по любым реквизитам, которые в актуальном состоянии по-прежнему доступны на страничке сайта Патриофил:

http://patriofil.ru/publ/free_boris_stomakhin/2145-a.html

Готов ответить на любые уточняющие вопросы по любому каналу связи.

P.S. Если средств будет собрано больше, чем потребуется на издание, мы, как и раньше, направим их доверенным лицам Бориса для облегчения его пребывания в тюрьме или для решения первоочередных задач его адаптации на свободе.

P.P.S. На 24 апреля назначено первое заседание «суда» по делу о его возможном досрочном освобождении в связи с «либерализацией 282 ст. УК РФ». Актуальную информацию по «делу Стомахина» можно узнавать в карточке на сайте ОП (http://legal-omsk.ru/publ/14-1-0-246) или паблике в Фейсбуке (https://www.facebook.com/groups/413661648749177/).

–
Удачи нам во всех добрых делах!
Виктор Корб,
координатор Международного комитета защиты Стомахина

Виктор Корб: «На мой взгляд, ситуация прежде всего очень плоха в состоянии нашего гражданского движения. К сожалению, заветы Мартина Нимёллера,.. — о том, что нельзя молчать, когда берут других, иначе, когда придут за вами, некому будет подать голос в вашу защиту, — к сожалению, эти все призывы и заветы остаются пустыми абсолютно словами.

Лозунг гражданской самозащиты, лозунг «свободу политзаключенным», важнейший лозунг о недопустимости преследования за мыслепреступления, к сожалению, оставался декларативным, не был одним из важнейших, приоритетных лозунгов нашей оппозиции…»

Полностью часовую программу Михаила Соколова, посвящённую эскалации политических репрессий в России, см. в записи по ссылке.

Маленькое объявление. Первую неделю в Киеве просто отдыхаю и пытаюсь собрать себя. Потом пробую оформить ВНЖ по журналистике и поискать варианты стабильного обустройства.

Изучаю все возможности и, конечно, буду признателен за любые интересные предложения и помощь.

О своих возможностях и пожеланиях готовлю развернутый пост.

Комментарии в Фейсбуке.

Что хуже: тюрьма на родине или ссылка на чужбине?

Обсуждение

***

Представление о реальной мощи и масштабе воздействия российской матрицы страха и лжи можно получить по одному факту: авторитетная международная правозащитная организация FrontLine Defenders, специализирующаяся на помощи независимым правозащитникам, не просто отказала в помощи независимому правозащитнику и журналисту, координатору КЗС Виктору Корбу, но отказалась даже упоминать на своем сайте о его преследовании российскими подлоохранителями. No comment

«Дело Корба» по 205.2 возбуждено в мае 2018, на днях срок предварительного следствия по нему в очередной раз продлен «на 01 месяц 00 суток, а всего до 10 месяцев, 00 суток, то есть до 16.03.2019». То есть, оно вполне актуально и вот-вот перейдёт в завершающую стадию т.н. «суда», который по существующей практике завершится реальным сроком…

Но этого дела как бы и нет, точнее оно стало неупоминаемым: информацию о нём зачищают с сайта СОВА, о нём «забывают» коллеги-правозащитники из АГОРы и из Роскомсвободы и коллеги-журналисты из Профсоюза журналистов, о нём «забыли» члены СПЧ…

Все увлечены «свежей жертвой» в лице журналистки Светланы Прокопьевой. О которой, разумеется, тоже будут помнить недолго. Как уже почти забыли, например, о недавнем резонансном деле Мотузной, Как почти забыли о Сенцове, о Стомахине и других политзеках…

Все подчинено законам сериального шоу, в котором интерес и внимание публики требуется поддерживать все новыми и новыми сюжетами и новыми персонажами…

И, в общем, неудивительно, что с таким отношением к правозащите мы имеем в России то, что имеем

А вы тоже иногда пытаетесь лайкнуть фотки в ленте Фейсбука, кликая прямо по ним, спутав его с Инстаграмом?

***

Так что, будет новый Философский пароход? Или хотя бы Блогерский. Я б купил билетик, пожалуй…

Фейсбук

***

Сурков ведь всего лишь выставил зеркало… Да, чуть искривлённое, но лишь усиливающее реальность Матрицы…

Подписать обращение в поддержку Виктора Корба и против «мыслепреступлений» можно сегодня, 9.02.19, в Омске, в Скуратове на Интернациональной, с 14:00 до 14:30.

***

Сегодня в Скуратов заглянули Грустный ослик и Беспонтовый пирожок и встретили тёплый ламповый приём

#всёлетитпоплану #people #coffee

«В августе 2018 года Европейский суд по правам человека рассмотрел первое российское дело об экстремизме в интернете», — сообщает «Международная Агора» в докладе «Свобода интернета 2018: делегирование репрессий». Неужто «дело Стомахина», решение по которому ЕСПЧ вынес в начале мая 2018 года, коллеги не заметили? Или осознанно проигнорировали? А ведь оно не только имело медийный резонанс, было упомянуто в мониторингах центра СОВА, но и стало непосредственным сигналом к появлению ещё более циничного и абсурдного «дела Корба», каковое наши авторитетные правозащитные коллеги тоже предпочитают не замечать. Как-то это всё прямо некрасиво. Хотя и давно привычно, да

Чекистский режим не ограничивается репрессиями против диссидентов, но и портит жизнь их родным и близким. Запрет на профессии — это уже отработанная и массовая практика.

К делу о досрочном освобождении политзека Бориса Стомахина подключилась известный адвокат, сотрудничающая с «Агорой» Светлана Сидоркина. Шансы на то, что в системе узаконенного произвола удастся добиться уменьшения срока хотя бы на пару-тройку месяцев, невелики, но попытаться стоит. К тому же дополнительное медийное и правозащитное внимание к этому сюжету должно повысить безопасность одного из самых неудобных критиков путинского режима в оставшиеся до выхода на свободу месяцы.

Друзья, знакомые и френды в соцсетях всё реже интересуются: «Как там с твоим делом, и чем мы можем помочь?». Речь, как вы понимаете, о деле «ФСБ против Виктора Корба», или «деле правозащитника-террориста», вызвавшем заметный резонанс в мае–июне 2018 года, а сейчас уже изрядно подзабытом.

Все опубликованные материалы по этому делу можно посмотреть по ссылкам из карточки на сайте «Омск Правозащитный» (правда, там очень много документов еще не выложено, т.к. некому этим заниматься). А вкратце ситуация на сегодня такова (кто хочет лишь быстро узнать, как помочь, проматывайте в конец поста):

Дело по-прежнему находится в стадии т.н. предварительного следствия, несмотря на то, что все разумные и предусмотренные УПК РФ сроки для этого давно прошли. В ответ на мою жалобу в генпрокуратуру об этом я получил отписку, в которой омский зампрокурора привычно не обнаружил нарушений законности и цинично соврал, что якобы меня уведомляли о продлении сроков. Так или иначе, сейчас этот срок вновь продлен — теперь «на 01 месяц 00 суток, а всего до 09 месяцев 00 суток, то есть до 16.02.2019».

Я по-прежнему нахожусь в статусе подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 205.2 (как якобы человек, публично оправдывающий и пропагандирующий терроризм). К исходному «преступному составу» в виде публикации на сайте «Патриофил» цитаты из последнего слова Бориса Стомахина на процессе по его третьему делу следователь ожидаемо (поскольку это уже было в разработках ФСБ и заказных экспертизах 2017 года) добавил и абсолютно анекдотический пункт о дискуссионном искусствоведческом материале «Убей его! или Три поэта» (надо ли уточнять, что услужливые эксперты вновь обнаружили в этих выдернутых из контекста материалах туеву хучу всякого экстремизма, разжигания, пропаганды и т.п.).

Виктор Корб по-прежнему находится в пресловутом «Списке террористов». С помощью коллег из ПЦ «Мемориал» это решение оспаривается в московских «судах» с перспективой ЕСПЧ. А пока у меня по-прежнему заблокированы все счета в банках и аккаунты в электронных платежных сервисах, и я не могу получить даже гонорары за публикации в СМИ, перечисленные в Райффайзенбанк. И, да, аккаунт моей дочери, который PayPal заблокировал абсолютно беспредельно, тоже до сих пор не разблокировал, хотя обещал это сделать через 180 дней (точнее, обещал по истечение этого срока выдать внаглую присвоенные чужие деньги, но и это обещание не выполнил).

Я по-прежнему нахожусь под т.н. подпиской о невыезде: никакой подписки я, разумеется, не давал и не даю, но постановления об избрании меры пресечения в виде запрета покидать Омск следователь издает каждые десять дней, начиная с 20 мая 2018 года (отменяя предыдущие — т.к. это предельный срок, установленный УПК РФ для этой меры в отношении подозреваемого). Таким образом, таких документов (комплектов из нескольких листов, включая фиктивные повестки о вызове на допрос, которые по факту не производятся) у меня скопилось уже более 24.

Я по-прежнему защищаю себя самостоятельно. Никакого «комитета защиты Корба» никто не создал. Первые четыре с небольшим месяца мне помогал адвокат, рекомендованный коллегами из «Руси сидящей» под финансовые гарантии фонда Льва Пономарева. При его содействии мы немного потроллили подлоохранителей, инициировав три жалобы на нарушение законности и прав при проведении предварительного следствия (о действиях в ходе обыска, о его назначении и по самому факту возбуждения заведомо незаконного и необоснованного уголовного дела). Разумеется, все жалобы оставлены без удовлетворения в двух инстанциях. Обращаться по таким «пустякам» в ЕСПЧ мне не рекомендовали. Хорошие судебные перспективы могли бы иметь иски против PayPal и Райффайзенбанка (за незаконную блокировку и присвоение чужих средств), но для этого тоже требуются серьезные ресурсы, которых у меня нет.

Пока мне удаётся не быть обреченной жертвой, вынужденной все ресурсы и жизненные силы тратить исключительно на изнурительное противостояние бездушной машине произвола. В полной мере план альтернативной игры я не реализовал (призыв к сотрудничеству остался гласом вопиющего в пустыне), но кое-что таки сделать удалось. Причем не только в сфере, непосредственно связанной с этим делом (а правозащитный кейс «ФСБ против Корба» получается весьма насыщенный и показательный), но и в других, имеющих отношение к моим основным интересам. Я выполнил обещание сделать серию работ в жанре судебных зарисовок, умудряясь делать портреты и автопортреты в кабинетах следователей СКР и в «судах». По минимуму продолжал заниматься новостной журналистикой,  публицистикой и рыночной аналитикой. Тряхнул стариной и почувствовал себя настоящим художником, приняв участие в выставке совриска «Синтетика». И запустил крутейшую медийную кампанию 2018 года «Наше имя — Летов!» aka Letov International Airport.

В целом мне оказали уже весьма значительную помощь. (Борис Стомахин даже по-дружески позавидовал мне, отметив, что такой объем и уровень публичной поддержки говорит о якобы моем более высоком общественном статусе в сравнении с ним — что, разумеется, неправда). Кроме уже упомянутых здесь форм поддержки, напомню также о ряде заявлений российских и международных правозащитных организаций и общественных деятелей (см. карточку дела), о небольшом гранте фонда Рори Пека и о добровольных пожертвованиях людей, откликнувшихся на призыв Плющева и Бабченко оказать помощь моей семье, оказавшейся в трудной ситуации (с запозданием выражаю огромную признательность всем — и тем, кто небольшими взносами помог быстро собрать около 150 тыр, и тем, кто поделился с нами подержанной техникой)…

Когда и если предварительное следствие будет окончено, мне будет предъявлено обвинение, а дело поступит в прокуратуру и в «суд», появится необходимость и в адвокатской поддержке, и в заказе независимых экспертиз, и в дополнительных средствах на эти и другие меры защиты. А пока — о наиболее актуальном:

Как ещё можно помочь?

Если серьезно и предельно рационально, то едва ли не единственная возможность уменьшить вероятность реализации негативного сценария в деле «ФСБ против Виктора Корба» — это использование ресурсов СПЧ для прекращения уголовного дела и уголовного преследования до завершения предварительного следствия и передачи дела в «суд». Этого еще вполне можно достичь прямыми обращениями влиятельных членов СПЧ (и/или его руководителей) к руководству СКР и Генпрокуратуры, сопровождаемыми медийной поддержкой в виде их личных заявлений и/или продвижения этого инфоповода в СМИ. Подробнее см. в краткой пояснительной записке и в образцах писем, которые мне помогли подготовить коллеги.