Виктор Корб

Обменялись репликами с моим давним другом из Германии:

— Как тебе нынешний цирк? Хотя основное представление – надо полагать – еще впереди. Тебе повезло в том смысле, что оказался в стране в довольно насыщенный период времени.

— Если ты про Украину, то, во-первых, я (пока) сильно не вникаю и не влезаю. А во-вторых, уверен, что украинцы справятся со своими проблемами. Несмотря на то, что количество досужих наблюдателей, воспринимающих это всё как цирк и шоу, многократно превышает количество тех, кто понимает, насколько украинские победы важны для общеевропейского и мирового дела защиты свободы.

***

В Киеве сегодня было так:

***

Завтрак и ужин

Елена Старостина только что сообщила в аккаунте Василия в Фейсбуке, в формате «для друзей», но я решил, что эту часть можно вынести в паблик:

— На сегодняшний день здоровье Василия резко ухудшилось. Он находится в тяжелом состоянии. Борется и мужественно себя ведет. Он передает слова прощания, слова надежды на лучшее будущее для нас всех. Семья делает все возможное для него.

P.S. От меня: Василий Старостин — один из самых ярких деятелей настоящей гражданской политики Омска последних тридцати лет. Честный, последовательный и решительный лидер независимого профсоюзного движения и реальной социальной защиты… И их союз с Еленой — один из самых красивых образцов человеческих отношений, сочетающих любовь, дружбу, соратничество, следование самым высоким и достойным целям…

Апелляционный суд Киева оставил в силе решение суда первой инстанции о предоставлении гражданскому активисту и публицисту Павлу Шехтману статуса политического беженца.

***

А я тряхнул стариной и сделал несколько набросков в жанре «Рисуем суд»

UPD: Результат моего участия, в том числе скетчи, см. в ЖЖ.

UPD2: А перед судом Наташа Горильская угостила нас кофе с круассанами

Хорошо поговорили с Александром Морозовым в мессенджере ФБ. Почти «живьём»: посмотрев друг на друга через камеру и продолжив голосом… Он хороший и добрый: совсем не такой, каким иногда кажется в своих «злых» постах и колонках

Впрочем, я это знаю давно, потому что мы знакомы уже более десяти лет и даже как-то виделись и общались живьём в Москве… Да и, вообще, большинство людей на самом деле хорошие и добрые… вот только разные вопросы их портят…

***

Бляха-муха! Так меня ещё не называли:

— Омский правозащитник оппозиции покинул Омск…

Для меня слово дом всегда было значимым. Когда возвращаюсь из прогулки по Киеву в «уютную берлогу», где меня приютили друзья, говорю, разумеется, по привычке «вернулся домой». Но всякий раз мысленно осекаюсь, потому что это же НЕ ДОМ

Встреча 8 марта в киевской квартире…

На фото © Натальи Горильской: Виктор Корб, Сергей Крюков, Юрий Мельничук, Ольга Браун, Владимир Ионов.

Нарушил правило никогда никого не поздравлять с формальными «праздниками» — сделал экспромтом необычный подарок с подтекстом

Оригинал хранится в надёжных руках. А цифровую копию может использовать любой желающий. В добрых целях, разумеется.

И почему я не удивлён, что мои новые друзья в Киеве не только умнейшие люди, сочетающие редкую глубину и ясность оценок сложнейшей политической ситуации с открытостью и доброжелательностью, но ещё и… давние ценители Летова

#всёлетитпоплану

Я, как утром встал, — сразу за письмо политзеку: «Письмо 5093903 поступило цензорам учреждения Тюрьма Балашов на обработку 27 февраля 2019г.». Порадовал Бориса Стомахина тем, что пишу ему из Киева, и пожелал скорейшего освобождения

***

Посидел с киевскими коллегами-журналистами и беженцами в подвальчике…

Дубль

На фото: Павел Фельдблюм, Виктор Корб, Айдер Муждабаев, Аркадий Бабченко, Андрій Карпов, Ольга Кашайкина, Эрфан Кудусов, Алексей Цымбалюк…

***

Совершил первую большую пешую прогулку по Киеву, от Контрактовой площади до станции метро Дорогожичи. Из-за чертовых Яндекс.Карт на одной из развилок свернул не туда и едва не опоздал на прямой эфир новостей телеканала ATR, но вовремя воспользовался надёжным средством, которое не только до Киева доведёт, но и в Киеве доведёт до нужного места

Говорят, интервью получилось нормальным. Сам не видел…

Ради таких отзывов и живём. Не только ради них, разумеется, но это важная составляющая смысла жизни

Анастасия Гетьман пишет в Фейсбуке:

— В субботу был очень классный и атмосферный день благодаря Региональная премия Серебряный Лучник - Сибирь #slsib. Сейчас добралась до Иркутска и до Фэйсбука и очень хочу поделиться.

Для меня это был день встречи с десятками людей, которых я люблю, обожаю или взаимно троллю. В том числе с двумя, которых я очень давно не видела, и поэтому им была особенно рада.

Здорово, что из Омска приехал Виктор Корб (Victor Korb). В 16-17 лет на первом курсе универа я училась в его школе журналистики, которую они вели, по-моему, полгода или год с Татьяна Ильина (Tatiana Iljina). Я попала туда достаточно случайно, потому что вообще-то это была школа для профессиональных журналистов. Например, там училась Наталья Ворохоб, которая уже тогда была одним из лучших журналистов ИД Триэс. Именно там я научилась писать новости, и потом этот навык пригодился в пресс-релизах. А умение писать классные релизы долго было одним из главных моих конкурентных преимуществ (лет до 22 минимум), то есть этот навык определил мою профессию, за что я крайне благодарна Виктору и Татьяне…

Друзья, френды, коллеги, товарищи, подписчики, читатели и прочие братья и сестры! Настоящим уведомляю, что все ваши поздравления и пожелания мой биоробот исправно получает и даже старается отвечать хотя бы смайликом или лайком. А я напоминаю, что мне чужды любые формы нумерологии и я не отмечаю день появления на свет моего биоробота и не поздравляю с этим формальным поводом других, чтобы не девальвировать этот значимый коммуникационный ритуал, приберегая его для более важных содержательных поводов — в виде реальных достижений в жизни, в творчестве, в борьбе за свободу…

Как всегда, без обид

Комментарии

Вы будете смеяться и ни за что не поверите, но дело по иску Виктора Корба к Райффайзенбанку будет рассматривать небезызвестный «судья» Цветков, фигурант персонального списка проекта «Люстрация России».

**

Замечательный вариант расшифровки термина DNS узнал: Do Not Suck!

***

Адресные санкции не работают: фигуранты лишь богатеют, обдирая сограждан, режим лишь буреет…

***

Что вы можете сказать в своё оправданье?

На мой искусствоведческий взгляд гениальное произведение Бэнкси после его гениального перфоманса не только не потеряло в цене, но наоборот, существенно подорожало. Я бы на месте нынешнего владельца сделал из него перманентную инсталляцию: немного доработав механизм, который бы периодически возвращал картину наверх, а затем имитировал ее разрезание! За возможность выставить это чудо боролись бы лучшие музеи и галереи мира.

Фейсбук

Одно из самых больших моих сожалений — о том, что я не послушал живьем пение великой Монсеррат Кабалье, когда она приезжала в Омск двадцать лет назад.

***

Ностальгический пост о проектах начала двухтысячных…

Кинес Кизиитов

Рубрика “В этот день 17 лет назад”. Фейсбук и рад бы подсказать, да его еще и в задумке не было тогда. ))

5 октября 2001 года - на первый взгляд, ничем не примечательная дата. Гриша Прошин сфотографировал меня на рабочем месте. И все же, у даты есть свое особенное, сакральное значение.

Это был первый день работы моего первого информ-агентства под брендом “Патефон Сквер”. В городе, в котором проникновение Интернета и спустя 10 лет все еще было на крайне низком уровне. По сути, в тот день мы - благодаря нашим старшим товарищам из До-Инфо, первопроходцам городских цифровых медиа - стали пионерами информационной онлайн-журналистики в Омске.

Нет, конечно же, и до этого в интернете жизнь была. Я начал выкладывать в Сеть свои статьи где-то года за 3 до этого. Как, наверняка, и многие продвинутые коллеги того времени - по крайней мере, новосибирские и московские. Но До-Инфо (в связке с Ремиксом и Открытым Омском) вышли на новый уровень: они сделали информационно-новостной портал в онлайне, первый в Омске! Это было самое начало 2001-го года. А тем же летом в команду был приглашен и я, вместе с моим проектом “Патефон Сквер”.

08-08-2001 вышла моя первая новостная заметка в “До-Инфо”. Поначалу все мои новости и статьи проходили модерацию боссов - Татьяны Ильиной и Виктора Корба - и публиковались без авторства, как и все. Но затем они предложили завести на сайте “агентство в агентстве” - отдельный аккаунт “Патефона”, чтобы я мог вести свою ленту новостей, авторскую.

23-09-2001 на сайте появилась первая запись за подписью “Патефон Сквер” вместо “До-Инфо”. Но это был пока не новостной контент, а статьи из первого номера журнала “Патефон Сквер”: коллеги предложили опубликовать их отдельным пластом. Здорово, что большую часть из них можно до сих пор найти на “Открытом Омске”.

04-10-2001 - в этот день мы завершили перенос статей первого номера “Патефон Сквер” из оффлайна в онлайн.

Так что день, в который было снято это фото - первый “официальный” день существования (запуска) ИА Патефон Сквер. В кавычках - потому, что и журнал, и ИА “Патефон Сквер” были исключительно самиздатом, ни о каком официальном запуске c перерезанием ленточки и приглашением селебрити речи, конечно не шло. Мы были агентством по сути, а не по форме. Де факто, а не де юре. Эдаким “ридусом” начала нулевых. Или, скорее, “ридусом в ридусе”, поскольку “ридусом” был тогда симбиоз Открытого Омска, До-Инфо и Ремикса.

У “Патефона” был свой “участок” инфополя: неофициозная культурная и творческая среда и события, с ней связанные. То бишь то, что изначально изучал и открывал “Патефон Сквер”. К сожалению, существенная часть наших заметок потерялась при переносе сайта на другие сервера пару лет назад, а часть тех, что все же осталась, висят сейчас за подписью “admin” (по той же причине) или “До-Инфо”. И все же, “следы” “ИА Патефон Сквер” на “Открытом Омске” остались и ныне: их можно найти по автору “Патефон”.

Помимо “Патефона” на сайте есть и другие мои публикации. Дело в том, что “Открытый Омск” был эдаким избирательным агрегатором печатных омских СМИ. С 2001-го года на нем стали выборочно появляться статьи из основных городских газет, своих сайтов не имевших. К тому времени я публиковался уже в десятке из них: в “Московском Комсомольце”, “Алфавите”, “Третьей Столице”, “Ореоле”, “НОСе”, “Коммерческих Вестях”, “Четверге” и пр. В последних двух у меня была авторская полоса (рубрика) о культуре. Особенной популярностью пользовался мой молодежный проект “Заводной апельсин” в областной газете “Четверг”: обратная читательская связь была очень насыщенной, и причем со всей области!

В одной из заметок, напечатанной в “Четверге” и опубликованной на “Открытом Омске”, кстати, сохранилась уникальная гиперссылка на другой мой интернет-проект, который я развивал все лето и начало осени в 2001-м. Сейчас он, увы, полностью удален из Сети новыми “правопреемниками”(ссылка есть, а сайта уже нет - печальная реалия цифровой эры…). Речь о портале департамента культуры Омска, который я тогда запускал. Это была самая первая версия, первее не бывает: альфа, номер 1, созданная с нуля. Архитектуру проекта разработала Елена Медведская, работавшая тогда в информационном блоке мэрии, а наполнением - контентом - она попросила заняться меня.

Именно там статьи из первого номера журнала “Патефон Сквер” впервые появились в онлайне - еще в августе 2001-го. В течение нескольких месяцев я наполнял сайт “омской культуры” все новыми материалами, биографиями и новостными заметками об альтернативной культуре города. Неформальное, андеграундное, неформатное творчество стало основой сайта самой официальной инстанции в сфере культуры в Омске. Нигде в стране, я уверен, такого не было! (Экспериментальный проект Кириенко в Москве в 2000-м году не в счет - это был оффлайн-проект! :)) И нет до сих пор! Возможно, благодаря этому сайту Омск казался внешнему наблюдателю необычайно прогрессивным и продвинутым: ведь мэрия, по сути, оказалась рупором самых прогрессивных, авангардных течений во всех видах искусства, знатоком субкультур и молодежных течений.

Впрочем, все было ровно наоборот: мэрия просто не “просекала фишку”. Этот оксюморон продержался в Сети на удивление долго - лишь спустя лет 10 городские чиновники очухались и стерли “альфа-версию”, полностью заменив ее как визуально, так и по контенту. Теперь сайт местного депкульта ничем не отличается от унылых страничек прочих бюрократических институций “нулевых”. Видимо, предчувствуя недолговечность этого “информ-проекта”, я и согласился тогда, в сентябре 2001-го года на предложение коллег публиковать патефонские статьи еще в “Открытом Омске”. Скорее всего, на этом фото я разглядываю именно их (а Гриша, который стоит с ТОЙ стороны объектива, ждет моей реакции - ведь именно он отвечал за техническую часть портала).

Кстати, где-то в то же время у “Патефон Сквера” появился и свой первый сайт - на Народе. Но это был классический для того времени “сайт журнала”, сочетавший в себе архив публикаций, реликтовое комьюнити (гостевую книгу) и простейшие маркетинговые инструменты, включая онлайн-опросник (этот, “народный” вариант сайта “ПС” тоже до сих пор есть в сети, но увы, гостевая книга и часть интерактива и фотографий утеряны новым владельцем Народа при - подожди подожди - переносе контента на новые сервера!). Обновлялся сайт раз в полгода (за исключением, конечно же, гостевой книги и рубрики “Анонсы”). А все новости и актуальные заметки выходили в ИА “Патефон Сквер” на “Открытом Омске” и Ремиксе.

На Ремиксе также публиковался и первый визуальный контент “Патефона”, и “кухня” проекта. По сути, это были допотопные “посты”. А сам Ремикс был эдакой примитивной соцсетью с личными аккаунтами распределенной редакции, никами, подборками фотографий и постов, тематическими сообществами, тегами и даже онлайн-проектом “За веб-стеклом” - включенной в редакции веб-камерой, через которую за нами можно было наблюдать круглосуточно и из любой точки земного шара. Кстати, фотографии с нее до сих пор тоже есть в Сети.

Да, вот сколько можно рассказать по одной фотографии! Хотя, наверное, можно и еще больше. Ведь, по большому счету, на фото запечатлен в чем-то эпохальный момент: андеграундный, субкультурный самиздат, выходивший доселе ограниченным тиражом и имевший крайне затрудненные схемы распространения (речь не столько о конкретном журнале, сколько о самом явлении), в этот день вошел в авангард информационной онлайн-журналистики (в провинции то уж точно). В этот день - символически - Система сломалась. Наступила цифровая эпоха.

Татьяна простыла, отлеживается в соседней комнате и, чтобы беречь горло, просит принести конфетку к чаю… через Телеграм

Обнаружил, что Константин Натанович Боровой таки выполнил свое обещание удалить меня из френдов, если я не выполню его ультимативное требование удалить из моих френдов Игоря Александровича Яковенко. Несмотря на то, что я публично высказался против неоправданно жестких и оскорбительных обвинений последнего в адрес первого. При этом общие френды у них сохраняются до сих пор, хотя такого не должно было быть уже неделю назад.

Для понимания: а) я всегда крайне серьезно относился к теме нерукопожатности, считая удержание высоких моральных принципов важнейшим фактором человечности, независимо от вида деятельности и масштаба личности; б) одновременно я крайне скептически отношусь к практике ультимативной «зачистки френдов», считая важным отличать френдов от друзей и не спешить с сильными деструктивными решениями, для которых нужны более надежные механизмы медиации и арбитража; в) этот пост я написал именно для того, чтобы лишний раз подчеркнуть важность этой темы и опасность поспешных и резких шагов.

Фейсбук

Макс-и-Мася, или Кошки-на-Окошке.

Макс и Мася — любимые кошки:

Давайте порицать, на близких обижаться,
По поводу и без с порога оскорбляться.
Давайте посылать друг друга все подальше —
И рухнет наш режим не позже и не раньше.

Давайте все хамить друг другу с полуслова,
Чтоб, ошибившись раз, ошибку сделать снова.
Давайте бить друзей, чтоб враг подох с испуга,
Такъ скоро победимъ, забанив все друг друга!

Марат Гельман усмотрел в моем сверхлаконичном комментарии хамство, заклеймил «неумным», выразил уверенность в том, что я «вообще ослеплен собственной ситуацией и не вижу ничего кроме нее», отказался от содержательной дискуссии и заявил, что мне «вообще надо почаще воздерживаться», и пока я не поумнею, «пользоваться правом не писать здесь»

https://www.facebook.com/marat.guelman.9/posts/2085040624840661

Такой уровень взаимопонимания — гораздо страшнее любого путинизма. Потому что это проблема, лежащая в основе путинизма, питающая путинизм… Я говорю это сейчас без малейшего намека на сарказм, абсолютно серьезно, и готов развернуть этот тезис в нескольких ключевых дискурсах. Но это, похоже, не имеет смысла, когда даже самые умные и честные ведутся на поверхностные картинки, сами себя загоняют в ложные дилеммы и полностью отключают рефлексию и эмпатию…

UPD: Для тех, кто не может увидеть исходный тред, дублирую мой комментарий к посту Марата. Он представлял собой фразу из двух слов: «Ложные дилеммы».

Пост и обсуждение в моём Фейсбуке.

А вот полностью наш диалог с Маратом:

Виктор Корб:

— Ложные дилеммы.

Марат Гельман:

— иногда то что не видно из сибири кажется миражом. но для нас в Европе это реальность. Вам кажется что вы все видите , а мне кажетсЯ что вообще ослеплены собственной ситуацией и не видите ничего кроме нее

Виктор Корб:

— О, боже, Марат, если бы я знал, что мой привычно точно-саркастичный комментарий (без таблички sarcasm) вызовет столь обиженно-злую реакцию, я бы, конечно, воздержался.

Что именно, по-вашему, кажется миражом из Сибири? При чем тут вообще Сибирь? Чем вызван ваш снобизм и ссылки на «ослепление собственной ситуацией»? В том, что вы так назвали, для меня вообще нет ничего нового, поскольку я нахожусь под прессингом уже тридцать лет и это никогда не было для меня не только искажающим, но и вообще сколько-нибудь существенным фактором.

И, если вы всерьез думаете, что территориальная «отдаленность» дает вам хоть какое-то преимущество в понимании ситуации в России, могу лишь посочувствовать

Виктор Корб:

— А теперь по сути, если, конечно, вам интересно действительно разбираться, а не препираться.

Первая ложная дилемма — жесткое противопоставление путинского режима (власти, банды, клана и т.п.) и населения (народа, простых людей и т.п.). Если не понимать и отрицать имманентную близость первого и второго, шансы на коренное изменение в России при любых схемах внешней и формальной смены власти, без (опережающего или хотя бы параллельного) изменения или, точнее, формирования нормальных общественных институтов европейского типа вместо их симулякров, ничтожны.

Вторая ложная дилемма — жесткое противопоставление задач внешних «спасителей» и «родственников»… Но этот тезис я пока разворачивать не буду.

Марат Гельман:

— Виктор Корб не точный а хамский, вам вообще надо почпще воздерживаться .

Виктор Корб:

— Марат, вы сейчас серьезно? Посмотрите на ситуацию хотя бы немного со стороны и скажите честно, как можно усмотреть хамство в предельно лаконичном и абсолютно корректном указании на логическую ошибку (если еще и помнить, что она сделана другом, и не домысливать невесть что)? Сказать, что вы меня расстроили, значит ничего не сказать

Марат Гельман:

— Виктор Корб, хорошо один раз обьясню. Когда вы приходите ко мне в журнал и лаконично бехз обьяснений обьявляете мои размышления ложными - вы выступаете либо как выскомерный хам , которому недосуг обьяснять, либо как некий авторитет - чьи оценки важны сами по себе. Я вас не считаю авторитетом, я вас не звал дать оценку вы сами пришли, ну а высокомерие вызывает желание просто послать, я сдержался так как понимаю, вы не злобный просто не очень умный. Дальнейшие разьяснения, уже после моего ответа, показали что вам просто не хватило старания понять о чем речь. Ничего из ваших рассуждений не выходит за рамки банального. А ситуация для русского человека живущего в Европе не банальна.

Виктор Корб:

— Марат, ну право! У меня даже в мыслях не было «объявлять ваши рассуждения ложными». Термин ложная дилемма — это вполне корректный и чисто логическо-инструментальный термин…

Впрочем, зачем я это пишу в ответ на ваше абсолютно немотивированный агрессивно-хамский выпад, уже не знаю. Правда, это что-то уже даже не грустное, а страшное И все же сохраняю надежду на то, что мы об этом страшном недоразумении еще будем вспоминать с доброй иронией…

Марат Гельман:

— Виктор Корб если и когда поумнеете, а пока пользуйтесь правом не писать здесь

Французские коллеги-социологи опубликовали открытое письмо в поддержку, потребовав прекратить уголовное преследование Виктора Корба. От российских коллег из Мануфактура «СОЦПОХ» и Содружество «Открытое мнение» за полтора месяца не появилось ни публичных обращений, ни откликов на приглашение к сотрудничеству в актуальном исследовании, связанном с этим кейсом, ни даже личных слов поддержки.

Случайно узнал, что зарубежные коллеги-социологи готовят обращение в мою защиту. Это очень трогательно, учитывая, что сам я так и не решился обратиться к ним с подобной просьбой… И, одновременно, очень символично на фоне тотального игнора со стороны российских «коллег».